+7(351) 247-5074, 247-5077 info@missiya.info
Ощущение времени

Ощущение времени

Строчить ботинки на швейной машинке. Перебирать двигатель вручную. Открывать фирменный магазин в Йошкар-Оле. Всю ночь качать сына на руках. Долетать на мотоцикле до Екатеринбурга. Жить в командировках. Методично и упрямо говорить о сложном положении обувщиков в России. Алексей Денисенко рассказывает о том, какой он видит свою дорогу.

Город и река, часть 2: Индустриализация и урбанизация

Город и река, часть 2: Индустриализация и урбанизация

Ни до войны, ни после войны город не задумывался об экологичном отношении к реке. Важно было построить предприятия, а как и где расположить, никто не размышлял. Вопросы были другие: привязать к железной дороге, к электроэнергии, поближе к рабочим рукам, к инфраструктуре.

Бабье лето Белого Дома

Бабье лето Белого Дома

Они – генералы – рассуждают просто. Хотя им браво, что додумались: Чечня и Афган, не говоря уже о второй мировой, заметно подкосили демографию.

Как вы относитесь к сплетням?

Как вы относитесь к сплетням?

Сплетни, на мой взгляд, – это информация, которая в корне неверна или попросту искажена. И совсем не важно, чего она касается – работы или личной жизни.

Главный плюс «его величества»

Главный плюс «его величества»

Помню себя лет с четырёх. Причём, отчетливо. Я был очень активный, ничего не боялся. Родился в Копейске, жили в своем домике. Помню, вдоль улицы (тогда она мне казалась необычайно длинной) располагались две канавы, заполненные водой. Я по ним любил ходить. Почти плыл. Было очень интересно передвигаться по этой мутной воде от своего дома до самого конца улицы. Бабушка меня оттуда вытаскивала, отмывала – и я опять убегал из дома. Взрослые играли в волейбол, а я гонялся весь вечер за мячом, пока не стемнеет.

Рамки

Рамки

У нас, у всех, у людей рамка одна, она круглая – наша Земля, наше небо. Вот за этот круг выходить нельзя. Об этом необходимо помнить всем размерностям. Создатель за семь дней сотворил нас и кто каким получился, лишь ему ведомо. Неплохо бы знать размеры своих рамок, мириться, не завидовать другим. А как помрешь, так и определят, сколькомерным ты жил на этом свете. Печально, но самого главного о себе ты так никогда и не узнаешь.

Маленькие итальянские фабрики

Маленькие итальянские фабрики

Итальянские ювелирные фабрики – это только ювелирные украшения ручной работы, причем, специфика продукта такова, что нет склада, с которого можно взять уже готовые изделия, абсолютно всё производится по индивидуальному заказу. С одной стороны, очень хорошо, что можно корректировать украшение по своему желанию (сделать другую застёжку у серёг, удлинить или заменить цепочку, заказать нестандартный размер кольца). Но с другой стороны, отсюда долгий срок изготовления и доставки – четыре месяца. Хочу отметить, что фабрики не гранят камни сами, их покупают уже готовыми, причем, в отличие от брендов, характеристики используемых бриллиантов в среднем 3/3, это достаточно хороший уровень.

Любовь и вихрь обстоятельств

Любовь и вихрь обстоятельств

А в Киеве в это время праздник, и все болеют за велопробег на первенство мира! Всем известно, что якобы пожар на Чернобыле потушили и аварию ликвидировали. Первым вестником беды для меня стала дочка Саша, она пришла из школы и нежным ангельским голосом сказала: школу закрыли. Детей будут увозить. Учительница Галина Рафаиловна пожелала нам счастливого пути. Куда увозить, когда? А Анютку куда? В разные стороны?

Наизнанку

Наизнанку

Хотела начать с моих отношений с профессией. Потом подумала: нет. Это не профессия из меня сделала Человека, а я в себе сделала журналистку. Как могла бы сделать из себя богиню, портниху, певицу или уборщицу-поломойку. Об этом позже. Но главное для меня – это я и мой ребенок. Я, взрослая женщина, и одиннадцатилетняя девочка Соня.

Градус боли

Градус боли

Его время сконцентрировано и дорого. Часто в семь утра он уже в больнице и задерживается до ночи. В нашу первую встречу Виталий Геннадьевич, как истинный хирург, для которого важны диагноз и план операции, строго спросил: «Чем обязан?» и «Каков план нашей беседы?» Причина была банальной: «О замечательном докторе, золотых руках, добром сердце» попросили написать его бывшие многочисленные пациенты, которых он поставил на ноги. Сложнее было с «планом беседы», которого у меня, признаюсь, не было. Я просто задала Виталию Геннадьевичу «первый вопрос» о травматологии. Часа полтора Виталий Геннадьевич отвечал, и было ясно, что понятия времени, когда речь о любимой профессии, для него не существует.