+7(351) 247-5074, 247-5077 info@missiya.info

Павел Крутолапов

главный архитектор Челябинска

СТИЛЬ ЖИЗНИ: город

Текст: Лана Литвер

Нераскрытые достоинства Челябинска, пешеходная городская среда, будущее панельного домостроения, градостроительные ошибки, платные парковки в центре — вот круг вопросов, которые мы обсудили с главным архитектором.

-Павел, вы любите ходить по городу пешком?
-Я не просто люблю, я хожу пешком. Утром на работу и вечером с работы, я живу в центре. Но днём, когда плотный график встреч, конечно, я передвигаюсь на машине.

-Челябинск — город для автомобилей. Такова была его логика развития последних лет.
-Совершенно верно. Но я не считаю, что это устройство надо радикально поменять. С моей точки зрения, надо уравновесить интересы пешеходов и автомобилистов. Одна из моих приоритетных задач как раз связана с созданием территории для пешеходов. Люди должны ассоциировать себя с городом, чувствовать себя в нём хозяевами, а это ощущается только пешком. Автомобилист не пользуется городом, он использует только его дорожную систему, силуэт. Он не пользователь первых этажей и заведений на этом уровне, малых архитектурных форм, любых элементов благоустройства. Мы находимся в такой парадигме: вы выходите из своей уютной прекрасной квартиры и вынуждены добираться в прекрасный парк. А между ними… ничего не существует. Вы переезжаете из точки А в точку Б. Ещё лучше, если бы был телепорт.

-Город, по которому не ходят люди, — недружелюбный?
-Город, по которому не ходят люди, — это абсолютно провальная история. Могу привести в пример США. В Нью-Йорке, где чудом избежали транспортной революции и не настроили могучих автомобильных развязок, сейчас самая дорогая недвижимость. Там, где появляется автомобильная развязка, пространство города умирает. В сущности, архитектура — это история про эмоции. Какие эмоции вам сегодня дарит обычный выход на улицу? Желание поскорее оказаться в каком-то более комфортном безопасном пространстве. Сегодня мы как город не можем предоставить людям этих ощущений. Как только мы путь из точки А в точку Б превратим в захватывающую безопасную историю — тогда человек пойдёт пешком! И он не будет тратить времени на дорогу, потому что прогулка сама по себе будет содержательной. Далее на этот маршрут придёт продавец неких ежедневных радостей и будет готов поухаживать за пешеходом. Так создаются благоприятные условия для бизнеса. Для тех, кто хоть чуть-чуть знаком с урбанистическими принципами, это азбука. Когда на улице много людей, она становится более безопасной. Освещённость территории снижает преступность вдвое. И город будет прибран и чист.

-Вы рисуете картинку чудесного европейского города, а мы живём в промышленном центре с тяжёлым индустриальным бэкграундом. Как вы себе представляете преображение этого пространства?
-Я пока говорю хотя бы о центре. Например, о связке улицы Кирова и парка Пушкина.

-Мы можем идти по Кирова, потом по Цвиллинга.
-Мы можем, но никто так не ходит. Почему? Потому что нужно спускаться в подземный переход. Это преграда. Это разорванная территория, у нас вся ткань города разорвана, потому что серьёзные автомагистрали человеком воспринимаются как река. Как препятствие. Человеку эмоционально проще к Публичке свернуть, он не спустится вниз, он бессознательно выберет путь более комфортный, безопасный, наименее затратный.

-Вы закопаете подземный переход на площади Революции?
-Зачем же, нет. Просто нужен дублирующий наземный. Что касается промышленного бэкграунда, это серьёзная и важная история под названием «Реновация». Так или иначе к реновации пространств и зданий пришли во всём мире. Меняются технологии производства, и в ближайшие десятилетия такие огромные производственные площади окажутся не нужны, вопрос времени. Территории будут востребованы, рано или поздно город получит их как бонус. Эти площадки — точки роста и развития больших городов во всём мире. Отличный пример такой реновации — жилой комплекс на Лесопарковой. В цехах бывшего завода — самая дорогая недвижимость в Челябинске.

-Какой ещё вопрос вы как главный архитектор считаете приоритетным?
-Регламентирование градостроительной деятельности. Когда у нас на Кировке появляются большие синие коробки — это не проблема инвестора, это проблема отсутствия регламентов. Нужно создать границы исторического центра, выявить пустыри и возможные точки роста этих территорий, для каждой из них разработать правила с учётом той исторической застройки, которая там есть. Немецкие дома на ЧМЗ — как раз история из этой серии. Они разрушаются, да, но мы должны подумать, как сохранить их если не в жилом виде, то как архитектурную составляющую района, как ансамбль со своим ритмом и логикой. Нужны чёткие региональные правила для разного типа объектов — набор символов и букв, с помощью которых между собой общаются бизнес, горожане, администрация.

-У Челябинска, с вашей точки зрения, есть нераскрытые преимущества?
-Есть, конечно! У Челябинске масса достоинств, главное из которых — городской бор. Это наша суперсила, уникальное преимущество. В Челябинске широкие улицы, заложенные умными архитекторами при проектировании города, и сегодня есть возможность вместить в эти улицы хорошо обдуманные проезжие части и качественную пешеходную среду. И — можно относиться к этому как к проклятью, но я отношусь как к подарку — заброшенные или незаброшенные производственные зоны в центре, которые завтра-послезавтра дадут нам стимул для роста. Самый простой пример: территория холодильного комбината недалеко от проспекта Ленина. Рано или поздно они уедут за город, а площадка освободится.

-Как влияет архитектурный облик города на стоимость квадратного метра и инвестиционную привлекательность?
-На эти параметры влияют три фактора. Первый: близость к природным доминантам. Обычно в городах это река, а у нас парк Гагарина. Второй: разнообразность застройки. Третий: сервис. Покупатели недвижимости второго порядка (то есть те, кто не впервые покупает квартиру, а намереваются улучшить жилищные условия) выбирают сервисы, разнообразие и среду. Что мы выберем: две свечки, между которыми парковка, или комфортный компактный двор? Город должен предоставлять максимальное количество предложений, это и называется воронка покупательского спроса. А у нас не воронка, а щёлочка.

-Ну это вопрос к строительным компаниям. Как вы можете на них влиять?
-Мы пытаемся выстроить диалог. После принятия Генплана Челябинска мы утвердим «Правила землепользования и застройки», где укажем плотность, высотность застройки, а также требования по машиноместам и озеленению. Сегодняшние правила морально устарели, они времён очаковских. Плотность застройки будет различаться в зависимости от района: в центре самый высокий коэффициент, потому что он должен быть насыщенным и компактным (кстати, допускается даже строить жильё без машиноместа и делать платными парковки). Сейчас плотность новых жилых массивов на северо-западе, таких, как «Парковый» и «Академ Риверсайд», превышена раза в два. В итоге мы имеем: маятниковую миграцию, загрузку транспорта и дорожных сетей, нагрузку на экологию… Это была градостроительная ошибка.

-Не могу не спросить про панельное домостроение. Оно тоже морально устарело?
-Нет никакой проблемы в панельном домостроении. Не надо его запрещать. Претензий к «панельке», по сути, две: отсутствие адаптивности и ужасные швы. По первому вопросу есть решение: мы можем закладывать адаптивные первые этажи, то есть каркас, на который навешивать разные фасады и трансформировать пространство сообразно запросам социума. По второму вопросу тоже есть решение: покрывать плиту штукатуркой или облицовочным материалом. И вот уже нет швов, и это не выглядит одинаково убогим. И потом, давайте уже менять пропорции окон! Это важно.

-Вопрос к производителям панелей?
-Так они не против. Это история из серии «А что, так можно было?». Никто не думал, что панель может быть разнообразной. Так может быть, в этом проблема?

-Как вы относитесь к урбанистическим сообществам города?
-Просвещённый урбанизм — это очень здорово. Мы видим и чувствуем запрос горожан: не на классной тачке ехать по городу, а маме с коляской спокойно передвигаться в безбарьерной среде, красивой и ухоженной. Это тоже история в стиле «А что, так можно было?» Смешно, но это постоянно работающий кейс. Мы недавно общались с коллегами из Омска. Они рассказывают: «Вы знаете, у нас не было велосипедистов. Какой-то придурок придумал построить велодорожку, и теперь у нас в городе их полно!» Вот что вперёд: курица или яйцо? Мы — город — должны формировать сервисы. Человек покупает не велосипед, не автомобиль — человек покупает сервисы. И сценарий жизни. Надо продавать сценарии, а не метры.

shares