(© 2021 МИССИЯ )

На даче у моей бабушки с незапамятных времен обосновался столетний шкаф, «горка». Внутри – потемневшее от времени, мутное зеркало с отбитым краем. Смотреться в него всегда было жутко. Словно бы не зеркало это вовсе, а коридор, в глубине которого сокрыто неведомое. Говорят, что зеркала «запоминают» все события, отразившиеся в них, хранят в себе энергетику всех смотревшихся. Иногда, особенно перед старинным зеркалом, так сильно ощущение зыблемости, призрачности этого мира. 

Открыв новый роман Дины Рубиной «Почерк Леонардо», я сразу же вспомнила о том зеркале своего детства…

Старинное зеркало встречало гостей в прихожей семьи Нестеренко. Приемыш Анечка, ставшая радостью и горем семейства, первый раз оказавшись в доме, сразу подбежала к нему. «Безучастное личико ребенка вздрогнуло, затеплилось и, словно чудо увидела, девочка зачарованно прошептала «Зе-ер-ка-ло…»

 В зеркало, как уверяла она, навсегда «ушла» ее родная мама. И сама она как будто из зеркала вышагнула в этот мир.

Необыкновенные способности девоч-ки-левши, впоследствии переученной-«перелицованной» нянькой, проявились уже в раннем детстве. Она пугала родителей, видя прошлое и грядущее: начиная от мелочей (исходы футбольных матчей, угадывание возраста) до предсказания смертей («Не любимая! Не Полина! Не вернется!…»). Семейная линия сюжета «Почерка Леонардо» вызывает ассоциации с «Казусом Кукоцкого» Улицкой (особые доверительные отношения между отцом и приемной дочерью, сумасшествие матери, неприкаянность главной героини, кружащей по свету), но на этом сходство заканчивается. Задачи автора тут иные, и путь героини совсем другой. На мой взгляд, в «Почерке Леонардо» гораздо острее отражено одиночество главной героини, которым она расплачивается за непохожесть на других. 

Сегодня очень модно говорить о людях-индиго, чьи возможности превышают способности обычных людей. Неудивительна реакция творческого мира, встретившего это явление всплеском работ самого разного качества, иногда спорного. Роман Дины Рубиной стоит особняком в череде произведений о сверхчеловеке.

«…Она пишет зеркальным почерком, от которого у непосвященных кружится голова. У нее блестящие способности к математике и физике, она гениальная циркачка, невероятный каскадер, она знает о зеркалах все, что можно о них знать. Она умеет видеть прошлое и прозревать будущее». 

Она из тех, «не знавших, что значит слово «страх». 

Но приносит ли ей счастье ее удивительный дар? «Ей было дано больше, чем требуется людям для обыкновенного человеческого счастья…» Вся жизнь Анны – борьба с собой, балансирование на грани, противостояние надвигающемуся безумию …. 

В романе о «зеркальной» девочке мистика и реальность сочетаются так органично, что сверхъестественные способности перестаешь воспринимать, как чудо. Во время чтения меня преследовало ощущение расширения реальности. Как будто рамки обыденного раздвигаются в магических зеркалах. 

Я бы сравнила композицию романа с разбитым зеркалом. Из осколков-обрывков рассказов людей, близко знавших Анну, автор предлагает читателю сложить сюжет жизни героини. 

Ей было непросто с окружающими. Непохожесть раздражает обывателей. Многих пугал ее таинственный дар. Люди вокруг чувствовали в ней ведьму. Отношения с окружающими осложнялись еще и тем, что она была очень прямолинейным человеком, ничего не боялась, всегда говорила правду в лицо. Свобода от чужого мнения боролась в ней с роковой несвободой от своего дара-проклятья. 

«Нет, ты не впутаешь меня!.. Проклятье!!! Ты мною не развлечешься!..»

Вся ее жизнь – спор с роком, противостояние судьбе. На своем Харлее на крутом повороте она словно пытается обогнать судьбу («…она летит по жизни, неприкаянная и несвободная, видит больше, чем обычный человек способен вообразить, – и ненавидит за это себя и того, кто наделил ее такой способностью»).

 «Все песни о любви…». Роман об ангеле-амбидекстре* – все о том же… Печальным отзвуком фагота звучит в романе тема рокового любовного треугольника «Володька-Анна-Сеня».

 Иногда вдруг обнаруживаешь в себе то, на что никогда не считал себя способным. Почему изменяют любимым? У каждого своя причина, и общий знаменатель провести трудно. Почему такой близкий и родной любимый без видимых причин вдруг становится неинтересен? И сердце сладко замирает при взгляде на казалось бы совсем чужого человека… И тянет к нему словно магнитом, и поневоле тут поверишь и в феромоны, и в судьбу, и во что угодно. Потому что сумасшествию, «солнечному удару» по добропорядочности нет рационального объяснения…

В жизни Анны встреча с Сеней – перелом. И здесь она судьбе не противится, а отдается нахлынувшей страсти с головой. Наверняка она предвидела катастрофу расставания с Володькой. Почему же в последний раз пошла к нему? И дело, наверно, не в неумении распорядиться чудесным даром, а в ее характере. В честности и внутренней порядочности. Она не могла уйти тихо и подло. Слишком многое связывало их с Володькой, чтобы уйти «просто так». Она была абсолютно искренней в своих чувствах. Но любовь к Володьке – юношеское чувство, гармония тел. Любовь к Сене и любовь Сени – полное и гармоничное слияние душ. Возможно, только Сеня смог до конца понять ее природу и принять ее такой, какая она была. Он не был ей равным, но лучше и тоньше всех чувствовал ее. 

«…Он уверял, что она – ангел. Смешно, конечно? Не в том смысле, что типа как с неба ангел, а, мол, природа ее родственна неким существам, которые в народном сознании фигурируют как ангелы-архангелы всякие… ну и прочая небесная братия. Что люди в них верят, потому что время от времени такие существа действительно появляются на земле среди людей…»

«Сейчас я уже уверен, что вся моя жизнь шла по кромке Твоей; Я был подголоском, обычно далеким, окликающим голосом фагота, что обыгрывал твою тему. И музыка моя – это Твои уроки извлечения самого верного, самого прозрачного звука»…

Многоголосье романа-детектива, составленного из показаний, поначалу сбивает с толку. От него, как от зеркального почерка главной героини, слегка кружится голова. Но чем дальше и круче заворачивается сюжет, тем больше он затягивает в водоворот зазеркалья. Дина Рубина мастерски отшлифовывает каждую деталь текста, и постепенно обрывки образов сливаются в яркий калейдоскоп. Киев, Гурьев, Москва, Франкфурт. Индианаполис, Монреаль оживают на глазах… звучит напевная украинская речь, дышит пряными ароматами летняя ночь юности главных героев… 

Материал, охваченный автором, на первый взгляд, кажется неподъемным. Чтобы «поднять» заявленную тему и не прослыть профаном, нужно досконально разбираться и в высшей математике, и физике, и в цирковом закулисье, и во многих других вещах. В этом романе мастерство автора чувствуется в каждой любовно выписанной детали. Лучшее доказательство успеха произведения – ощущение легкой недосказанности в финале и острая потребность читать книги Рубиной снова. Причем, дело здесь не в балаганных уловках массовой литературы, а в глубочайшем погружении в тему и ее доскональном изучении.

Если придраться к жанру, то это скорее мистический детектив. В реалистической линии повествования героиня гибнет. «Мотоциклетная валькирия» сигает в Сену с моста Картье. Что же на самом деле произошло с нею? Для рационалистов Анна погибает, для мистиков – с огромной скоростью перелетает в звавшее ее с детства Зеркалье. 

В это трудно поверить и невозможно писать о ней в прошедшем времени. Она не погибла. Она исчезла. А для пропавших без вести всегда остается надежда…