Не выразить словами

СЕМЬЯ: Вечные ценности

Текст: Ирина коростышевская
Фото: из архива виктора маркина
Отец Виктора Алексеевича крутогорский кузнец Алексей Маркин очень любил свою жену Марию Ефимовну. Конечно, мама этой любовью не злоупотребляла, старалась везде поспевать сама. Вставала в четыре утра, ставила квашню, хлеб пекла. Этот хлебный дух всегда витал в родительской избе. Любовь к труду, к людям и к самой жизни Виктор Маркин унаследовал от своей мамы, Марии Ефимовны.

Моя мама — большая труженица, она работает всю свою жизнь. Не помню ни минуты, чтобы она сидела просто так, безо всякого дела. Когда я уехал на учёбу в ремесленное училище, она осталась в деревне одна с тремя детьми — Толиком, Ниной и маленьким Валеркой. Конечно, ей было очень трудно, ведь отец ещё год должен был доучиться в советской партийной школе. Не помню, чтобы мама когда-либо выделяла кого-то из нас, она любит всех своих детей одинаково. Никогда не слышал, чтобы она повышала на кого-то голос. Иногда отец ругался, если мы, дети, шалили, а мама всегда выступала миротворцем в нашей семье. Она и сейчас такая же миролюбивая и любящая. Мне кажется, за всю свою жизнь она ни с кем никогда не ссорилась, у неё и подруги остались со времён её молодости.

Мама окончила всего четыре класса, в годы войны она работала на тракторе. Ей было тогда всего шестнадцать лет. А вы можете представить, какие тогда были трактора? Я их видел, эти древние ХТЗ. Мама рассказывала, как однажды во время работы в поле в двигателе расплавились баббитовые подшипники и трактор встал. И вот две девчонки-трактористки сидят в чистом поле возле своего сломанного агрегата и плачут. Бригадир подъехал к ним и спросил: что, мол, девы, слёзы льёте напрасно? Они на трактор показывают. «Ну так разбирайте двигатель», — велел бригадир. Что делать, взяли девушки гаечные ключи и стали разбирать…

А после войны, когда уже мы у неё росли, она работала в детском садике, и там с ней находились и Толик, и Нина. А вот я ни дня не остался в детсаду, всё время сбегал. Садился к кому-то в повозку или в машину и катался с водителем.

В семье нашей, помимо меня, росло ещё трое детей — два брата и сестра. В домашнем хозяйстве у нас имелись корова и куры. Мама моя работала, а мой отец очень любил маму и даже помогал ей по хозяйству, хотя у тютнярцев это считалось не мужским занятием. Всё, что в доме и вокруг него, составляло заботу женщины. Мужики же косили сено, кололи дрова, но не ухаживали за скотиной и по дому не делали. А батя помогал маме, хотя она и сама всё успевала.

Не помню, чтоб мама сидела дома просто так, всегда за работой: то ухаживает за скотиной, то стиркой занята, то доски до белизны скоблит или полотенца вышивает, чтобы симпатично украсить зеркало и фотографии в рамках. Всегда чисто и красиво и пахло горячим хлебом в нашем доме. Родители прожили вместе сорок лет, и только один раз Виктор слышал, как батя сказал: «Мань, какая ты у меня красивая!».

Мама у меня — очень добрая и понимающая, да и батя не был строгим. Хотя рос я сущим хулиганом. Мог забраться в колхозный сад за яблоками, мог и подраться. Правда, не любил я это дело, но приходилось отстаивать себя среди деревенских пацанов.

Давным-давно стал взрослым и самостоятельным, но все годы по-прежнему советуюсь с мамой. Она, как всегда, спокойно выслушает и скажет одно: «Сынок, ты хорошо подумал?». Наверно, трудолюбие и любовь к людям мне достались от моей мамы, дай бог ей здоровья. 20 декабря 2020 года ей исполнилось девяносто пять лет. Не могу выразить словами, как я люблю тебя, мама.