Всем хорош Южный Урал: и горами, и озёрами, историческими памятниками, живописными лесами. Но туристов к нам всё-таки приезжает относительно немного — что же мешает притоку гостей? Представители бизнеса и органов власти, ведущие специалисты и эксперты, входящие в Союз промышленников и предпринимателей Челябинской области, объединились в рабочую группу по повышению эффективности индустрии гостеприимства, чтобы найти ответы на этот и другие вопросы. Мы собрали наиболее интересные моменты круглого стола, который провела рабочая группа.
Участники круглого стола: Семён Мительман (вице-президент ЧРОО «СПП»), Андрей Коляда (заместитель председателя правительства Челябинской области), Ольга Казакова (заместитель руководителя аппарата уполномоченного по защите прав предпринимателей в Челябинской области), Инна Иванова (заместитель генерального директора — директор по инвестициям Фонда развития предпринимательства Челябинской области — Центр «Мой бизнес»), Екатерина Видгоф (директор по стратегическому развитию и инновациям Группы компаний «БОВИД»), Вячеслав Жилин (генеральный директор ООО «Специализированный застройщик „Баден-Баден Златоуст“»), Зухра Гордиенко (Директор по развитию ГЛК «Солнечная долина»), Евгений Гуревич (генеральный директор ООО «Проектная компания „Аджигардак“»), Алексей Коваленко (начальник управления делами и социальным развитием ПАО «ММК»), Александр Майер (генеральный директор Курорта «Увильды»), Татьяна Мациевская (директор ООО «Индустриальный Парк „Станкомаш“»), Денис Мякишев (директор АО «Санаторий „Дальняя Дача“»), Александр Синяков (управляющий отелем «Старый Город»), Сергей Талызов (декан факультета индустрии спорта и туризма ЧелГУ), Инна Хваткова (генеральный директор Центра проектного развития территорий и туризма Челябинской области)
Три главных барьера
Семён Мительман: Поясню, что инициатива создания подобной рабочей группы на заседании СПП была озвучена Виктором Филипповичем Рашниковым. Поручили руководить этой группой мне и Борису Ефимовичу Видгофу.
Следует отметить, что привлечение туристического потока — это и увеличение рабочих мест, и приток денег в регион. Для этого должны быть готовы наши мощности: гостиницы, санатории и так далее. Подчеркну, мы будем говорить не о развитии туризма, а о развитии индустрии гостеприимства, что гораздо шире.
Сергей Талызов: Сразу обозначу одну из проблем — прохождение квалификации для коллективного размещения в местах активного отдыха. Это настоящий квест для предпринимателей. Все требования выполнить очень сложно. Ведь, как правило, в местах, где предоставляют услуги по активному туризму, нет устойчивого Интернет-сигнала — вокруг леса, горы, а значит, нельзя вовремя отправить или загрузить документы, принять оплату, что сразу нарушает несколько требований.
Есть проблемы и со своевременным сбором и вывозом мусора на конечных точках маршрутов, так как зачастую отсутствуют подъездные пути, автостоянки и туалеты. Всё это в свою очередь вызывает возмущение местных жителей.
Что же касается конкретных предложений, то считаю, что нужно разработать дорожную карту по внедрению автокемпингов на территории Челябинской области. Ещё двадцать лет назад мы ставили этот вопрос, предложили три-четыре варианта, но, к сожалению, никакого решения так и не приняли. Спрос в регионе на этот вид отдыха есть, а оборудованных автокемпингов нет. Можно также подумать и о создании Центра туризма и активного отдыха.
Евгений Гуревич: Три главных барьера для любого проекта — земля, финансирование и инфраструктура. Если говорить о земле, то рубка леса под рекреационные объекты полностью запрещена. Возводить здания можно только на участках, которые не покрыты растительностью. Я, конечно, могу оборудовать горнолыжную трассу в степи без единого дерева, но кто туда поедет?
На федеральном уровне у нас поддерживают, в основном, крупных участников рынка. Однако, к примеру, из 400 горнолыжных курортов в России лишь 15 относятся к крупным. А ведь надо развивать и остальные. У нас в стране лишь 3 % населения регулярно занимаются горнолыжным спортом — планируется довести этот показатель до 5 %. Однако чтобы достичь такого показателя, надо создавать полноценные курорты с целым комплексом услуг, чтобы можно было не только кататься. Но как это сделать, когда возникают проблемы
с землёй? В моей практике был случай рейдерского захвата участка, без которого я не могу развивать курорт. Другой пример — в 28 раз выросла кадастровая стоимость заинтересовавшего нас участка в 43 гектара, который внезапно почему-то разделили на 18 частей.
С финансами тоже сплошные проблемы. Брать кредиты по завышенной ставке для малого и среднего бизнеса невозможно. Нужны гарантии со стороны государства, если оно поверит в проект. При этом цены не стоят на месте. В 2,5 раза выросла стоимость подъёмника — минимальная цена начинается от 1,7 миллиарда рублей. В целом необходимо развивать точку туристического интереса и вкладывать в это деньги. Частному инвестору в одиночку никакой проект не вывезти.
Семён Мительман: Напомню, что ранее по 800 миллионов рублей выделялись в области каждый год на развитие туризма. Сейчас же денег практически нет. Надо искать другие источники — очевидно, что бюджетных денег сегодня не будет. Нужны другие формы — это и частно-государственное партнёрство, какие-то федеральные программы и так далее.
Зухра Гордиенко: Вопросов действительно много. Например, в качестве туристического налога мы отдали только в первом квартале 6 миллионов рублей за год — очень интересно, куда пошли эти деньги? Если говорить о направлениях, которым всё ещё не уделяется достаточно внимания, то считаю, что нужно развивать придорожный сервис. Здесь есть большой потенциал.
Также следует проводить по-настоящему нескромную информационную политику. Но признаемся честно — на самом деле мы зачастую негостеприимны. Надо этому учить, начиная с первой линии: это музеи, такси. Необходимо учить людей даже просто улыбаться. Это тоже многое значит.
Андрей Коляда: Согласен насчёт последнего пункта. Я сам на Южном Урале человек не местный. И замечал, что сервис, конечно, страдает — зачастую чувствую себя не вполне комфортно. Можно построить кучу отелей, но если человек почувствует, что его не очень-то хотят здесь видеть, то в следующий раз уже не приедет. Это вопрос подготовки кадров для сферы гостеприимства, обучения этих кадров.
Семён Мительман: Кадры действительно решают всё. Но пока у нас лишь два учебных заведения, которые готовят кадры для сферы гостеприимства — это ЧелГУ и Международный институт дизайна и сервиса. А среднего профессионального образования в этой сфере нет вовсе. Нужны колледжи — конечно, такую работу можно провести лишь совместно и при поддержке областных властей.
Инна Хваткова: Мало того, что специалистов не хватает, так дело ещё и в том, что мы их учим-учим — и улыбаться в том числе, а они потом уезжают за границу. Причём уезжают самые лучшие и способные. Так что задача не только обучить, но и удержать.
Вячеслав Жилин: Нужна программа закрепления туристического направления за каждым муниципалитетом. Специалисты действительно уезжают, потому что нормальных предложений на месте нет, сезон короткий, что влияет и на рентабельность, и на размер зарплаты. Поэтому надо посмотреть ситуацию по муниципалитетам, изучить, насколько можно наполнить функционалом такие сферы, как фонд оплаты труда.
Защитить и природу, и бизнес
Семён Мительман: У нас, помимо горнолыжных курортов, есть два других громадных преимущества — это Тургояк и Увильды. Но федеральное законодательство накладывает свои ограничения.
Хочу привести пример. Я был на Женевском озере — как раз в том период, когда Пётр Иванович Сумин запретил использование вообще всех катеров на Тургояке и Увильдах. А на Женевском озере я увидел, что повсюду снуют катера, берега застроены. Спрашиваю местных жителей: как вам всё это удалось? И мне отвечают, что всё очень просто: посчитана антропогенная нагрузка на озеро. Разрешено, допустим, использование катеров с двигателем мощностью в 50 лошадиных сил, проводится аукцион и выкупаются лицензии. Да, цены огромные, но эти деньги направляют на оздоровление озера. Я предлагал такую же схему, когда регион возглавил Михаил Юревич — мне ответили, что опасаются коррупционной составляющей.
Что касается застройки берегов, то швейцарцы мне пояснили: если ты нарушил природоохранное законодательство, следует штраф в 1 миллион 200 тысяч евро. Дешевле дом продать! У нас ладно, если нарушение вообще заметят, так ещё и размер штрафа всего 10 тысяч рублей! Почему бы нам не воспользоваться уже имеющимся опытом? Нужно лишь организационное и политическое решение.
Ольга Казакова: Есть вопросы и к требованиям по санитарной зоне вокруг водоёмов — в частности, по обустройству пляжей. Объекты можно возводить на расстоянии 51 метр от берега, а кто пойдёт в раздевалку или туалет на таком расстоянии от пляжа?
Вячеслав Жилин: Те же озёра ещё и часто меняют очертания берегов. У нас был случай — меня обвинили в нарушениях: мол, строения находятся слишком близко к воде. Но на самом деле сами границы озера уже находятся под водой. Мне приходится это доказывать.
Татьяна Мациевская: Тут поднимали вопрос земли. Мы тоже с этим столкнулись в ходе реализации проекта по крупному гостиничному бизнесу на озере Увильды. На территории есть два участка, никому прежде не нужные — старые кочегарная и насосная станция постройки 60‑х годов прошлого века. Но как только мы захотели эти объекты оформить… Торги шли 14 часов, и арендная плата поднялась с 60 тысяч рублей до 1,5 миллиона рублей. Это называется «Развивайте туризм»!
И о памятниках природы — этот статус у многих озёр накладывает ограничения. Например, на механическую очистку. Считаю, что нужно её хотя бы частично разрешить, так как берега озёр нередко зарастают, вплоть до того, что в затонах оказываются берёзы. Вручную всю эту растительность убрать и расчистить дно просто невозможно. Поэтому считаю, что надо пересмотреть список ограничений и распространить этот опыт с Увильдов на другие озёра области. Другое предложение — возможность создания свободной экономической зоны рекреационного типа, что поможет решить многие наши общие проблемы.
Семён Мительман: Думаю, что надо распространить опыт создания площадок с уже подведёнными коммуникациями для инвесторов в сфере туризма. Когда-то такие действия многие муниципалитеты выполняли в расчёте на привлечение инвесторов без привязки к туризму. Такой опыт, считаю, будет точкой роста.
История про гостиницы и не только
Александр Синяков: Мы находимся в историческом здании, которое является объектом культурного наследия, а потому несём повышенную налоговую нагрузку, что влияет на инвестиционный потенциал. Вероятно, нужна региональная налоговая льгота для таких случаев. Либо разработка понятных и простых механизмов компенсации затрат на реставрацию.
Также считаю, что Челябинск нуждается в полноценной информационной системе навигации для приезжих — с использованием аудиогидов, QR-кодов. В Екатеринбурге всё это уже сделано — можно воспользоваться опытом соседей.
Екатерина Видгоф: Гостиницы сейчас действительно переживают не самые лучшие времена. По последним данным, выручка гостиничного бизнеса в масштабах всей страны снизилась на 11 %. Прежде в регионе была льгота по налогу на имущество для гостиниц. Сейчас, когда действие этой льготы закончилось, крупные участники рынка оказались в неравных условиях по сравнению с более мелкими, которые пользуются упрощённой системой налогообложения. Поэтому было бы разумным решением продлить действие льготы до 31 декабря 2030 года. Необходимо стимулировать также развитие промышленного туризма в сотрудничестве с различными предприятиями.
Инна Иванова: Хочу пояснить, что в Челябинской области более 2 тысяч объектов культурного наследия. Мы регулярно собираемся и рассматриваем проекты, связанные с использованием исторических зданий — например, недавно в Сосновском районе обсуждали два таких объекта: мельница и старые печи. И по обоим уже есть готовые решения. Поэтому нельзя сказать, что никакой работы вообще не ведётся.
Не помощь, а сотрудничество
Александр Майер: С государством отношения должны выстраиваться в русле сотрудничества, а не помощи. Так, нам бы не помешало взаимодействие в плане реконструкции сетей, которые обслуживают не только наш курорт, но и весь посёлок Увильды. Возможно, через субсидирование части затрат. Замечу, что мы являемся единственным санаторным учреждением, у которого есть свои очистные сооружения.
Думаю также, что надо возрождать систему оздоровления работников — особенно занятых на вредном производстве; реабилитации пациентов после операционного вмешательства. Наши курорты обладают для такого направления отличным ресурсом. Ждём от федерального Минздрава соответствующих решений. Свою роль должны сыграть региональные власти, бизнес-сообщество. Предстоит решить и проблему кадров для санаторных учреждений — таких специалистов у нас практически не готовят.
Денис Мякишев: Мы в нашем санатории «Дальняя дача» принимаем ветеранов труда, других льготников за мизерные деньги — буквально за себестоимость. Всего 2 тысячи рублей в сутки, включая проживание, трёхразовое питание и лечение. Хотелось бы получить поддержку от государства, чтобы лучше обеспечивать наши обязательства.
Смотрим в одном направлении
Алексей Коваленко: Послушав коллег, убеждаюсь, что все мы смотрим в одну сторону, многие предложения пересекаются. Затрону ещё тему транспортной доступности, особенно актуальную для Магнитогорска. Авиабилеты в Магнитогорск стоят значительно дороже, чем в Челябинск или Уфу, поэтому гости вынуждены дополнительно тратить и деньги, и время на трансфер. Сложности, конечно, есть, и они напрямую влияют на поток гостей. Если 2024 год бы хорошим, 2025 — похуже, то в 2026 году разница с загрузкой прошлого года составляет уже минус 15 %.
Семён Мительман: Хочу обратить внимание участников рабочей группы и наших гостей, что все предложения мы направим в Правительство Челябинской области и депутатам Госдумы, а также через Александра Николаевича Шохина в Правительство — речь идёт о проблемах, которые нельзя решить на региональном уровне. А региональные проблемы постараемся решить совместно с Правительством региона и Законодательным Собранием Челябинской области. Уверен, что общими усилиями нам всё-таки удастся сдвинуть эту гору с места и индустрия гостеприимства получит импульс к развитию.
