Дело в том, что те, кто рассуждают о конце света, не знают, откуда мы все взялись.
Если ты не знаешь, откуда вода в трубу попадает, как ты решишь, когда она там закончится? Здесь такая же точно штука. Я фаталист: совершенно спокойно летаю на самолётах,
езжу на поездах и в конец света не верю. Возможно, когда-нибудь это и произойдёт, но жить в эту пору прекрасную уж не придётся – ни мне, ни тебе.

Сергей Володарчук

Сергей Володарчук

Сейчас я вас немного помучаю своими вопросами, Сергей Анатольевич.
А вы уверены, что мне это надо?
 Уверена.
Вы так спокойно это сказали, что я сразу же вспомнил анекдот про еврейскую маму. — Мойша, иди домой. — Мама, я что, уже хочу писать? — Нет, ты уже замёрз.
Хорошенькая ассоциация, спасибо. Только прошу вас, отвечайте на мои вопросы максимально искренне.
Максимально искренне можно быть только с двумя категориями людей…
Это священник и кто?
И доктор.
Значит, рассказывайте мне как священнику.
(Улыбается). Мне для разговоров с Богом посредник не нужен.
С каким музыкальным инструментом вы себя сравниваете?
С домрой.
Вы шутите? Домры маленькие, народные, ростом где-то метр пятьдесят.
С роялем.
Вы умеете на нём играть?
Нет, но всю жизнь мечтаю научиться.
А какой у вас, кстати, рост?
Метр девяносто два.
Ваши коллеги рассказывают, что ваши производственные совещания — это маленькие спектакли. Вы никогда не хотели быть артистом?
(Смеется). Не хотел, но мог бы. Когда уволился из Красной Армии, пришлось начинать жизнь с начала. Вы в курсе, что я военный?
Военный?
Окончил челябинское автомобильное училище.
Как может человек, сравнивающий себя с роялем, захотеть поступить в военное училище?
Мало того, что я захотел поступить, мне это даже нравилось. И у меня получалось, и я чуть ли не с красным дипломом его закончил и потом поступил в военную академию с первого раза. У меня даже есть медаль несуществующего государства, но это так, к слову.
Вы с парашютом когда-нибудь прыгали?
Один раз, лет двадцать назад, уже стоял на пороге вертолёта, но не прыгнул.
Испугались?
Не в этом дело. Если вдруг война, тогда понятно. А вот так, за здрасьте — нет уж. Сейчас чётко объясню свою позицию: человек, который имеет большие габариты и занимается спортом, хорошо умеет управлять своим телом и всегда знает, куда и как надо входить, чтобы не удариться головой.
Но в вертолёт же вы как-то попали…
(Смеётся). Случайно. Друзья служили в десантно-штурмовой бригаде, и однажды, после хорошо отмеченного накануне дня рождения, разбудили меня утром в офицерской общаге и позвали с собой. Давай, говорят, Серёга, попробуешь хоть разок! Мы приехали в поле,
там стоит вертолёт, бойцы начинают в него грузиться, ну и я, плохо соображая с утра, с ними.
Извините за глупый вопрос — вы верите в конец света?
Почему же он глупый? Об этом все периодически говорят. Дело в том, что те, кто рассуждают о конце света, не знают, откуда мы все взялись. Если ты не знаешь, откуда вода в трубу попадает, как ты решишь, когда она там закончится? Здесь такая же точно штука. Я фаталист: совершенно спокойно летаю на самолётах, езжу на поездах и в конец света не верю. Возможно, когда-нибудь это и произойдёт, но жить в эту пору прекрасную уж не придётся — ни мне, ни тебе.
 Вы так спокойненько цитируете Некрасова — любите стихи?
Выборочно. Мне нравится Андрей Вознесенский.
А Иосиф Бродский?
Он для меня тяжкий.
Может, вы его ещё не поняли?
(Смеётся). Кошек любите? Нет? Вы просто не умеете их готовить. Знаете, как бывает — моё или не моё, и это понятно сразу. А когда приходится себя заставлять, я не люблю.
Сколько времени вам надо, чтобы понять — моё или не моё?
Тридцать секунд.
Какой город в мире — ваш?
Одесса.
Это по архитектуре или по ощущениям?
По всему. Одесса — это город, который я люблю. Приморский бульвар, Тёщин мост — это места, где я ходил мальчишкой, за руку с папой, и меня туда по-прежнему тянет. У меня была в детстве мечта — попасть в ресторан «Чёрное море» на Ришельевской. И однажды, в восемнадцать лет, с шестнадцатью рублями в кармане — сказочно богатым! — я приехал в этот ресторан, заплатил швейцару пятёрочку и зашёл. Атмосфера внутри была сказочная: лучшие женщины Одессы были там, самые богатые люди — тоже. Позже, в период зачаточного капитализма, я захотел проверить те свои ощущения — зашел в «Чёрное море», поужинал и разочаровался. Лучше бы не заходил.
Не любите разочарований?
А кто любит?
Вы задаёте себе когда-нибудь вопрос «а что, если?»
Ежедневно. Я очень серьёзно отношусь к цене ошибки. Во всём. Причём, в работе, если ошибка измеряется деньгами, это ещё можно исправить, а в поступках или отношениях — вряд ли.
Как вы думаете, кто виноват в конфликте отец — сын?
Отец. Только отец. Вчера на радиостанции «Эхо Москвы» слушал передачу, в которой верховный муфтий России Талгат Таджуддин рассказывал про шариатские законы. Он сказал, что если по светским законам человек развёлся с женой, отдал какую-то часть имущества, платит алименты и может совсем не заниматься детьми, то в Шариате так нельзя. Если мужчина не занимается своими детьми, он по законам Шариата должен быть наказан. И мне это очень понравилось. Лучшее воспитание — собственный пример, а не разговоры на тему: смотри, какой я умный и сколько книжек я прочитал.
Ваш папа — пример для вас?
Безусловно. Мой папа — гений коммуникабельности, полковник, удивительный человек — надежный, порядочный, тактичный, интеллигентный, никогда не жалуется. И ещё он великолепно делает сало.
А мама?
(Улыбается). Моя мама до сих пор думает, что я ещё маленький, и разговаривает со мной, как в том анекдоте про Мойшу.
Наверно, мальчику трудно быть сыном смелого и умного отца?
Думаю, что девочке труднее. Мальчик должен выбрать свой путь и идти по нему, зная, что отец всегда подставит плечо, а девчонке придётся всю жизнь сравнивать всех людей под названием мужчина со своим папой. И эта маленькая деталька может сильно усложнить её жизнь.
Я думала, что вы другой.
Почему?
Не знаю.
(Улыбается).Я вообще замечательный. У нас с вами, кстати, есть одна общая подруга.
Может быть, хорошая знакомая? Я не очень-то верю в женскую дружбу.
А я не верю в дружбу между мужчиной и женщиной — такого тоже не может быть никогда. Это так же не по-настоящему, как и вегетарианство.
Не любите вегетарианцев?
Да нет, просто люблю всё настоящее. Мне не нравятся гостиницы, где синтетические материалы, мне не нравится, как скрипит надувной шарик, мне не нравятся ненастоящие слова, ненастоящие отношения. Мне не нравится в Италии рыбацкий суп, потому что это не суп, а тазик с мидиями и ошмётками осьминогов и лобстеров в томатном соусе. Как в песне: да у тебя же папа пианист, какой ты нафиг танкист? Мне нравится простая гречневая каша, потому что она настоящая.
А как же свежие устрицы в ресторанах?
Ну откуда они могут быть свежими в Челябинске? (Смеётся). Даже в Берлине, где мы с женой любим долго гулять по улицам пешком, я говорю: Наташ, а чувствуешь, какой запах? Она спрашивает: какой, а сама уже улыбается. Отвечаю ей: колбаски жарят, давай по одной сожрём? Стоим на улице, трескаем колбаски — так душевно.
У вас есть любимая книга?
Сложный вопрос, я достаточно много читаю. Какое-то время назад увлёкся книгами Дины Рубиной. У меня даже в айпаде есть её рассказы и повести. Недавно поймал себя на мысли, что перечитываю то, что читал пять лет назад, и воспринимаю совершенно по-другому.
А я каждый раз плачу, когда читаю «Любку». Вам нравится этот рассказ?
Конечно. Читал его несколько раз. Фильм, кстати, мне не понравился. А вы смотрели «Сатисфакцию» Гришковца?
Нет, мне перестал нравиться Гришковец, после того как я прочитала его дневники — скучно.
Зря вы так. Просто мальчики и девочки — это разные субстанции. Посмотрите «Сатисфакцию». Я её прочитал после того, как посмотрел. Сама ситуация, которая описана там — нормальные живые люди в 2011‑м году в России — правдивая. А не так, как хочется видеть Федору Бондарчуку, когда он снимает свои кинушки про обитаемый остров.
Не нравится Фёдор Бондарчук?
Почему, мне нравится, как он достойно несёт себя по жизни, мне нравится он как киношный деятель — вот сейчас «Кинотавр» как классно сделали. Но мне кажется, что он гламурит немного с перебором. Ему бы побрутальнее быть, а то — рубашечка с двумя воротниками, осиная талия, бородка.
Вы консерватор?
В том, как должен выглядеть мужчина, — да.
А в мужскую дружбу верите?
Верю. В прошлом году мы с друзьями ходили в поход на катамаране в Андаманском море. Восемь человек мужиков — все взрослые, серьёзные, состоявшиеся люди — тяжёлый поход был. И знаете, что оказалось самым сложным? Не бытовые трудности, не физические, а психологические. Когда в последний день похода мы ели борщ — а это в море, в тридцать шесть градусов жары, один из моих друзей сварил борщ из банки тушёнки и одной свеклы, которую он привёз с собой, — и закусывали салом с водкой, другой мой замечательный друг сказал великолепный тост: выпьем за то, что мы умудрились не поругаться.
Как вы относитесь к шумихе вокруг Никиты Михалкова?
Мне не нравится всё это. Возможно, что-то и происходит у человека в голове, но за то, что он уже сделал для страны — респект ему и уважение. За «Свой среди чужих, чужой среди своих» я ему всё прощу. И за «Неоконченную пьесу для механического пианино» тоже.
А за «Пять вечеров»?
Трогательнейший фильм. Но мне надо его пересмотреть — там есть такие штуки, понимание которых приходит с возрастом и с переживанием каких-то ситуаций.
У вас есть любимое место в доме?
У меня есть комната, в которой я бываю раз в неделю — там большой телевизор, домашний кинотеатр. Если хочу уединиться и забиться в угол, иду в эту комнату.
Что вы еще делаете, когда хотите уединиться?
Еду на стрелковый стенд и стреляю.
А когда хотите унять эмоции?
Мою посуду. Нашёл для себя формулу: когда я мою посуду, я успокаиваюсь.
Вам бывает грустно, когда вы звучите в низких октавах?
Иногда — да. Знаете, мальчики врут, что они такие взрослые, и что все сложности только у девочек. На самом деле, у мальчиков сомнений куча.
Часто задаёте вопрос «зачем»?
Часто. У меня есть один собеседник, который идёт по жизни со мной — это я сам. Чаще всего я задаю этот вопрос ему. Когда я был маленьким, мы с пацанами решили перелезть через забор. Забрались на него, сели, и вдруг он показался мне таким высоким! Сижу и понимаю, что прыгать с него будет неудобно. Друзья говорят: ну что, прыгаем? А я отвечаю: зачем прыгать, давайте обойдём. И не прыгнул. Нормальные герои всегда идут в обход. (Смеётся). Вот скажите, зачем мне эта публикация?
А если я скажу, что ради ваших родителей, ради вашей жены, ради ваших детей, тогда вы согласитесь?
Ради них я согласен на всё.