+7(351) 247-5074, 247-5077 info@missiya.info

Его называют родоначальником элитного образования на Южном Урале. Он создал знаменитый лицей №11 и поднял планку обучения на небывалый уровень. Он и сам взлетел так высоко, как не взлетал еще ни один учитель в нашем регионе.
А потом все кончилось. В одночасье. Просто показали на дверь без объяснения причин.
И начались тяжелые годы забвения. Спустя пять лет после «свержения» легендарный директор 11-го лицея Анатолий Гостев впервые дал интервью.

Есть ли жизнь после славы, Анатолий Германович?
Я об этом задумывался, когда со мной все это случилось… Есть, конечно. Я, например, не считаю, что все завершено. У меня еще все продолжается. Я нужен в плане общественной работы и научной деятельности. Даже времени порой не хватает. День так пробегает быстро! Смотришь – уже и вечер. Сейчас пишу книгу воспоминаний о работе в системе образования, так сказать, по многочисленным просьбам. Меня подвигли к этому друзья, родители лицеистов, выпускники. С названием еще не определился. К сентябрю, думаю, закончу писать и осенью издам. Сотрудничаю с вузами, консультирую аспирантов. И педуниверситет меня приглашает, и ЮУрГУ. Так хочется жене по хозяйству помочь, но не успеваю домашними делами заниматься.

Рада видеть вас в хорошей форме! Стало быть, слухи о вашем плачевном состоянии и плотной связи с зеленым змием не имеют под собой почвы?
Нет, абсолютно не имеют! Я слежу за здоровьем, провожу обследование организма, занимаюсь физической культурой. Так что самочувствие у меня нормальное. Конечно… больновато, что такие слухи кто-то распускает. Ну что поделаешь? Думаю, этим занимаются люди, которые не нашли место в социуме, не обустроили свою жизнь. Наверное, это что-то вроде ревности. Я 45 лет проработал в системе образования и очень благодарен за это своей судьбе. Столько учеников, столько выпускников! Знаете, когда с водителем приезжаю на Центральный рынок, говорю ему: «Сереж, ты подожди, я быстренько пробегусь». Но не получается быстренько. Потому что люди узнают (и темные очки не спасают), останавливают, интересуются, расспрашивают. Кто-то жалеет… В дорожной поликлинике, в которой прохожу обследование, пять выпускников лицея работают. Увидят – и сразу: «Анатолий Германович, что случилось? Чем помочь?».

Но вернемся в 2011 год. Ваше свержение на фоне такого благополучия лицея было громом среди ясного неба! И для вас, и для всех…
Конечно, это было неожиданностью. Особенно, если учесть, что в 2010 году в Кремле президент Владимир Путин вручил мне высокую награду «Народный учитель России». До сих пор я единственный обладатель такого звания в Челябинской области. Летом 2011 года друзья предложили мне отдохнуть на льготных условиях, и я поехал в Карловы Вары. Впервые в жизни! Прежде не ездил никуда – некогда было. Разумеется, согласовал свой отъезд с начальником управления образования, мне дали добро. А в аэропорту перед вылетом встретил много знакомых и один из них сказал: «А чего вы поехали-то? Там у вас такая проверка!..» По возвращении на мой вопрос «что случилось?», Портье просто расторгла трудовой договор в одностороннем порядке без объяснения причин. Проверок много было тогда, в том числе и финансовых. Ничего же не нашли. Если б нашли, предъявили бы и мы бы с вами, наверное, сейчас не общались.

Вы ведь собирались тогда обращаться в Европейский суд?
Да, но друзья мне рассоветовали: «Германович, раз не хотят тебя, какой смысл бороться?» Главное дело – никто ведь ни разу не пригласил «на ковер», не выразил претензий. …Помню, когда приехал из Москвы после чествования в Кремле, подумал: «Мне эту награду не простят». Представляете, тогда никто из чиновников меня не поздравил. Вот и сделал вывод: «Какой-то гром еще грянет». Но и представить не мог, что ТАКОЕ может произойти. 14 лет я был членом ВАК, ездил в Москву в качестве эксперта по проверке кандидатских и докторских диссертаций по педагогике и психологии. Члены экспертной комиссии – в основном, великие люди! Меня, как практика с большим опытом привлекли. Анализировал, писал заключения… Со мной считались. Я, конечно, понимал, что время подходит. Готовил себе смену. В лицее работал очень толковый молодой парень Миша Лебедев. Защитил кандидатскую диссертацию (я у него был научным руководителем), участвовал во всех конференциях. Но ведь никто не спросил, кого я хочу оставить после себя. Хотя в коллективе знали, что я его готовлю. И Киприянова знала. Но, став директором лицея, она создала все условия, чтобы Миша тут же ушел. Она, кстати, тоже бывшая моя аспирантка, докторскую делали вместе.

Тогда весь мир поделился на предателей и сочувствующих?
Предатели были, но сочувствующих, конечно, было больше. Миша Лебедев, кстати, победил во всероссийском конкурсе, его пригласили в Москву заместителем директора крупной гимназии, дали льготное жилье. А два года назад его назначили директором большой экспериментальной школы в столице. Процветает! Звонит мне постоянно. Ну зачем было Челябинску терять такие кадры? У нас и так мужчин мало в образовании.

Говорят, вам пришлось КамАЗ заказывать, чтобы вывезти все свои награды и подарки из лицея?
КамАЗ не заказывал. У меня служебная машина была. Все, что дарили и вручали, вывез. Я домой-то ничего никогда не увозил. Все на работе оставалось.

Что вам помогло пережить те времена?
Семья – жена и дочка тоже учителя. Друзья, конечно, поддерживали: «Да плюнь, не расстраивайся!» Дома я пытался вести себя так, будто бы ничего не произошло. Хотя в душе… было, конечно, тяжеловато (голос срывается). Думаю, ну чего беспокоить близких своими переживаниями? И так найдутся «доброжелатели», готовые лишний раз уколоть.

А где сейчас дочь работает? Ей тоже создали условия для ухода из 11-го лицея?..
Нет, по–прежнему там работает учителем начальных классов. Она очень любит детей, много желающих к ней попасть, когда начинает комплектовать первый класс. Кандидат наук, высшая категория. Конечно, все надбавки за дополнительные нагрузки были сняты. Не только у нее, у всех учителей начальных классов. Я давал часы для подготовки к олимпиадам, для научных изысканий. Все это директор разом прекратила, и было сказано: «Меня начальная школа не интересует». А без начальной школы как можно существовать учебному заведению, если оно работает «на вырост»?

Больно падать с высоты? Задумывались, почему вам не дали уйти по-человечески?
Больно и обидно. Я не могу подобрать слово… Но, по всей видимости, это зависть. Хотя чему завидовать? Все мои награды были заработаны. Я не помню, когда в отпуске был. Не поднимая головы, трудился. Нужно было во все вникать, чтоб коллектив такой большой вести к результатам.

Вы пытались понять, кто же все-таки дал команду «фас!»?
Перебирал не раз в уме фамилии. Но конкретного человека даже и назвать не могу. Не понимаю, кто мог такое сотворить.

Но, хочется верить, этот человек, прочитает наше интервью. Что бы вы ему пожелали?
Да дай Бог ему здоровья! Судьба все равно еще расставит все точки над i. Жалко, конечно, лицей искренне… Киприянова сказала, что придет на должность директора со своей командой. В итоге она просто сменила всех, кто со мной работал, и взяла из нашего же коллектива сотрудников, но уровень уже был другой. Если уж с Лебедевым расквитались… Можно понять, какой нужен был уровень.

Родители учеников утверждают, что на протяжении последних пяти лет планка стремительно снижается. Город теряет 11-й лицей…
Директор и сама сказала: «Пусть будет общеобразовательная школа». Такой хороший был у нас медицинско-оздоровительный комплекс! Физиопроцедуры, педиатр, офтальмологическое оборудование… Ребятам не надо было куда-то идти, сразу помощь оказывалась. С каким трудом через министерство я это все выбивал! Всех распустили, разогнали. Нет теперь этого комплекса. А сейчас ведь и президент говорит, что это необходимость.

У вас такие связи в Москве! Неужели ничего нельзя было сделать? Почему никто не протянул руку помощи?
Видимо, время было такое, каждый боялся кресло потерять. И сын, и дочь губернатора Юревича у нас учились в лицее. Если были бы замечания, наверное, нашли бы возможность их озвучить.

Вас, помнится, в «поборах» обвиняли…
Мы собирали деньги на ремонт, на оборудование, на оздоровительный комплекс. Но за эти средства я каждый год в октябре с главным бухгалтером отчитывался перед родителями, попечительским советом.

А как сложилась судьба вашего внука?
Ему 26 лет. Окончив с золотой медалью школу, хотел в МГИМО поступать. В российской олимпиаде занял призовое место, по обществознанию были льготы. Но я тогда сказал: «Петя, там столько столичных ребят, вряд ли ты пройдешь». Убедил. Он поступил на факультет международных отношений в ЮУрГУ, получил красный диплом. Потом получил второе высшее – юридическое образование, окончил курсы английского языка. Трудится в фирме начальником отдела. Зарплата неплохая, но говорит мне: «Дедушка, я дороже стою». Ну и молодежь нынче! (Смеется) Представляете, я бы пришел к председателю исполкома и сказал бы ему, сколько я стою…

У вас есть ощущение, что образование в России зашло в тупик?
Да. Вроде бы провели реорганизацию. Районных отделов образования не стало, но как городу осилить такую махину? Районы-то были мобильнее. Сейчас практически нет инспекторских проверок в школах. Я много думал, как найти выход из этого тупика? Структуру управления образованием в городе надо менять. Что касается ЕГЭ, уже идут изменения. Теперь литературу, английский язык будут по-другому принимать. Общение с учеником глаза в глаза очень важно. Отход от тестов – это хорошо. А по большому счету возвратить бы советскую систему. Вот уже трудовое обучение возрождают, ведутся разговоры о том, что нужно возвращать УПК. Все, извините за выражение, похерили, а теперь спохватились. И астрономия, оказывается, нужна – осознали. Эксперименты, к сожалению, ни к чему хорошему не привели. Надеюсь, возвращение к прежней школе будет пусть медленным, но успешным.

А что сейчас происходит с элитным образованием?
Ничего хорошего. Все не может быть платным. Из-за недофинансирования отменяют дополнительные услуги: подготовку к олимпиадам, к смотрам, научную работу. Но закладывать интерес-то надо в начальной школе, в среднем звене, необходимо выявлять талантливых ребятишек и дальше их выращивать. А сейчас все это пущено на самотек. Собственно говоря, только 31-й лицей остается с научной базой. И это на весь мегаполис!

А если бы вам завтра предложили возглавить лицей № 11?..
Нет, конечно. Чтобы все заново начинать, нужно много сил и здоровья. Меня всегда директора школ спрашивали: «Германович, ты где берешь таких учителей?» Я отшучивался: «Конфетой заманиваю». На самом деле, когда приглашал в штат, говорил: «Всегда пойду вам навстречу, если по семейным обстоятельствам куда-то поехать надо будет или чем-то помочь». Финансово поддерживал. А сейчас учителя уже забыли, что такое матпомощь и премии. К слову, спустя некоторое время после моего увольнения, я написал заявление на имя Киприяновой об оказании материальной помощи. У меня давняя проблема с сахарным диабетом, решил пройти курс лечения. Отказала, конечно. С тех пор я больше ни разу не обращался. Так ведь мне и переступать порог лицея запрещено…

Как такое возможно!
Да. А ведь мог бы помогать, душа-то болит за свое детище. Боится, наверное, что буду говорить о недостатках… Надо уметь ценить сотрудников вне зависимости от ранга. Бывало, иду по улице – техничка навстречу. Обнимает: «Ой, Анатолий Германович, вы хоть нас поддерживали…» А сколько коллег и выпускников, с которыми до сих пор при встрече обнимаемся! Все-таки правильно я сделал, что выбрал эту профессию.

Рожденному 1 сентября сам Бог велел быть учителем. А какие регалии! Отличник образования, заслуженный учитель, народный учитель России, доктор педагогических наук, профессор – и не пускают на порог… Есть обида на судьбу?
Я себе уже задавал этот вопрос и пришел к выводу, что обиды на судьбу нет. Значит, так должно было случиться. А те, кто меня понимает и ценит, сохраняют меня в друзьях. Продолжается общение, помощь, поддержка. Знаете… меня даже на 1 сентября не приглашают в лицей. Я сам прихожу. В здание не пускают, но на линейке-то могу постоять.

Представляете, какой вы всем экзамен устраиваете? Если к вам кто-то подойдет, возможно, станет не угоден…
И, тем не менее, я весь в цветах! Родители даже помогают в машину загружать букеты.

Неужели директор вам даже слова не предоставляет на линейке?
Тяжело это все… Так размазали! Раньше директоров школ утверждали на коллегии, а сейчас даже собеседование не проводят. Посчитали, что это подходящая кандидатура, – и все. Между тем проблема кадровая очень остро стоит. Выращивать надо директоров.

Как вы думаете, в нашей стране когда-нибудь начнут ценить людей, которые отдают ей свой талант и все свои силы?
Я почему-то на это надеюсь. Ну не может так долго длиться обесценивание. Когда-то начнется возрождение.

По-другому быть не может?
По-другому заходим в тупик. Президент постоянно говорит о том, что надо дорожить кадрами, если есть силы и здоровье, пусть работают. Но не доходит это пока до руководителей на местах. …Знаете, 1 сентября, Бог даст, мне будет 75, но я уверен, что 11-й лицей меня не поздравит. Я даже не надеюсь на это.

Зато, наверняка, поздравят благодарные ученики, которые вас по-прежнему любят.
Да, конечно! Многие уже такие взрослые, все такие интересные! У министра здравоохранения Кремлева, к примеру, я математику вел. Получаю от учеников добро, понимание. Нет, не напрасно я выбрал этот путь… Я очень благодарен и мне благодарны.

shares