Сергей Ковалев

Сергей Ковалев

Путь челябинца Сергея Ковалева к званию чемпиона мира по боксу (по версии WBO) был нелегким. В погоне за мечтой он уехал из России в незнакомую для него Америку и начал с нуля карьеру. На протяжении четырех лет он шаг за шагом шел к поставленной цели, не жалея себя и ни перед чем не останавливаясь. 23 боя и ни одного поражения. Он просто не мог проиграть. Ставки в его боях намного выше, чем просто победа. Это надежда на лучшее завтра.

Я быстро повзрослел. Уже в 12 лет я стал самостоятельным. Мы жили небогато –  считалось не плохо, когда в холодильнике были хотя бы яйца. Моим обычным рационом был чай с хлебом. Приходилось зарабатывать: машины мыли и заправляли, бутылки сдавали. Я половину денег отдавал маме, а вторую тратил с друзьями. Я считал, что именно бокс сможет изменить мою жизнь, вывести меня в люди. Мой первый тренер Сергей Новиков показывал мне бои профессиональных боксеров, рассказывал, как они роскошно живут. Я был заряжен этими историями. Пока многие мои знакомые со двора нюхали клей, пили и кололись, я пахал в спортзале. Бокс увел меня от многих уличных неприятностей.

Сергей, как получилось, что вы пошли на бокс?

Это жизненное стечение обстоятельств. Я в принципе никогда не любил бокс настолько, чтобы посвятить ему свою жизнь. Мы с друзьями росли обычными дворовыми пацанами. Как и все подростки начала 90-х годов мы были без ума от фильмов про боевые искусства. В восемь лет мне особенно понравился фильм с Ван Даммом «Не отступать и не сдаваться». Там про парня, который изучает восточные единоборства и мечтает стать чемпионом, хотя поначалу терпит только побои и насмешки.  На этот фильм я ходил в кинотеатр более пяти раз. Наверное, именно тогда я научился верить в себя до конца.

Кроме того, в моем окружении всегда преобладал спортивный интерес. Мы постоянно выясняли, кто самый сильный во дворе или классе. Все время было соперничество. И, как-то раз, на уроке, мой друг предложил мне пойти на секцию бокса. Первый раз я пришел на нее 1 декабря 1994 года. Мне было 11 лет.

Бокс очень сильно закалил мой характер. Приходило очень много мальчишек, но задерживались единицы. В основном все держались до разбитого в первый раз носа или сломанного пальца, больше они не приходили. Тренер всегда давал понять, что это неправильно, не по-мужски. Поэтому мыслей о том, чтобы бросить бокс, даже не возникало. Мне было стыдно перед друзьями и тренером – не хотелось показаться слабохарактерным.

Вы провели в любительском боксе более 200 боев. Ваша карьера складывалась вполне удачно, почему вдруг такая резкая смена профиля?

Если говорить начистоту, то пять лет назад я хотел завязать с боксом и начать двигаться по какому-нибудь другому направлению. В любительском боксе у меня как-то все не особо складывалось, вроде один из лучших, а вот лучшим стать не получалось. Было много боев, когда меня в открытую засуживали. Реально опускались руки.

Шел 2009 год. Я готовился к чемпионату России, хоть меня никто на нем и не ждал. Тут мне поступило предложение от моего товарища съездить в Америку, а я всю жизнь мечтал там побывать, посмотреть все эти небоскребы, их жизнь. Меня само название притягивало. Думал, съезжу к янки, потренируюсь с профессионалами, а потом вернусь и на чемпионате в Ростове покажу всем кузькину мать.

В Америке побывал в нескольких городах, сходил на некоторые бои профессиональных боксеров. Мой будущий менеджер Эгис Климас показал мне, как живут звезды спорта, и сказал: «Если ты будешь побеждать, то будешь жить не хуже». Олимпийские чемпионы столько не зарабатывают, сколько можно получить за карьеру профессионального боксера. Я поверил ему. Про Ростов я практически сразу же забыл, решив, что опять или засудят или проиграю.

Как складывалась новая жизнь в чужой стране?

Прошло ровно четыре года до моего титульного боя. Самое тяжелое, что первые три года я боксировал без промоутеров, спонсоров и гонораров, проще говоря, за еду и крышу над головой, которые мне предоставил Эгис. Мы с ним верили и надеялись, что нас заметят и подпишут с нами контракт. В какие бы двери менеджер не стучался, везде был один ответ – русские нам не нужны, они неинтересны. Таким образом, нам приходилось продолжать боксировать и ждать счастливого случая. В итоге мы провели 18 боев, большинство из которых я закончил нокаутами соперников в первых раундах, со мной никто больше не хотел боксировать. Известным боксерам я был неинтересен, для неизвестных – не по зубам. Но даже кирпичная стена не выдержит натиска, если по ней постоянно бить. Стена, которая стояла передо мной и Эгисом, также не выдержала. Мы смогли заключить контракт  с известной промоутерской компанией Main Events, и тут началась уже совсем другая история.

Что именно изменилось?

Я начал получать гонорары за свои поединки. Немного, но все же. Мои бои стали показывать по телевидению, в том числе по российским федеральным каналам. В конце концов, меня теперь узнают на улице (смеется). Естественно, бой за титул чемпиона мира против Натана Клеверли также стал возможным благодаря Main Events.

Сейчас моя карьера в руках промоутерской компании, менеджера и канала HBO. Они диктуют мне с кем, где и когда боксировать. Моя задача – побеждать и показывать зрелищное шоу, чтобы привлечь как можно большую аудиторию и, следовательно, заработать на этом.

У вас уже сложилось свое мнение об Америке. Расскажите, что вам нравится в «стране больших возможностей» и что до сих пор непривычно?

Нравится уровень жизни американцев. Нравится дом во Флориде, где я живу. Через дорогу от него находится океан, можно и отдохнуть, и позагорать, и покупаться – и все это практически круглый год. Для простого парня с района ЧТЗ Челябинска это просто кайф. Конечно, в летний период бывает некомфортно, так как очень душно и жарко. Из-за этого тренироваться очень тяжело, но привыкнуть можно ко всему. Нравится и в то же время огорчает, что американским бизнесменам я нужен больше, чем российским.

Не нравятся бешеные штрафы за нарушение ПДД и дурные законы. Американцы любят по любой мелочи жаловаться в полицию.  Сосед играл с ребенком во дворе, раскачивал и бросал его в бассейн. Кто-то увидел, сразу же позвонил в полицию. Незадачливого отца забрали в участок за плохое обращение с детьми, продержали там почти три дня. После чего он собрал семью и улетел обратно в Польшу. Сказал, что в этой стране жить не сможет. В США есть определенные рамки, за которые нельзя переступать, и их очень много, причем большинство из них совершенно непонятно.

В первое время после Челябинска было непривычно, что все люди чересчур любезные. Кругом только и слышно «I’m sorry» да «Excuse me». Также могу отметить, что там странная уверенность в правдивости женских слов. Если девушка скажет, что ее пытались изнасиловать, ей поверят без доказательств. Полицейские считают, что женщины вообще не могут обмануть. Этим, кстати, некоторые из них умело пользуются.

Сергей Ковалев с женой

Сергей Ковалев с женой

Вы чуть ранее сказали, что вам не давали хорошие поединки, потому что вы русский. Они имеют что-то против русских?

Я не говорил, что не давали. Просто, когда Эгис искал мне противника и представлял меня, многие бросали трубку, услышав, что я из России. Они понимают, что из себя представляют русские бойцы, и поэтому боятся.

Кроме того, с известными соперниками невозможно договориться о бое, если ты не входишь в ТОП-10 боксеров. Я находился где-то в конце тридцатки лучших. Как факт, чемпион мира никогда не будет боксировать с ноунеймами – неизвестными спортсменами. Времена, когда неизвестный боксер Рокки Бальбоа выходил против чемпиона мира Аполло Крида прошли (фильм «Рокки» со Сильвестром Сталлоне – прим. автора), сейчас другие правила. Я также уже не соглашусь на бой против кого попало, так как есть риск проиграть и ничего не получить взамен. Звезд можно заинтересовать только деньгами. Нужно заплатить несколько миллионов долларов за бой, тогда его можно организовать, иначе никак.

Если не секрет, то раскройте, пожалуйста, финансовую составляющую боев? Сколько может заработать чемпион?

В этом секрета нет. Вообще, в Америке из доходов звезд спорта, кино, эстрады не делают никаких секретов, все на виду. Миллионы еще не зарабатываю. Это четвертый бой, за который мне дали гонорар. В первый раз я получил пять тысяч долларов, за чемпионский бой – в 10 раз больше. Но это, естественно, грязными, без вычета налогов. Теперь, надеюсь, за следующий бой сумма еще немного возрастет. Если через четыре поединка моя цена увеличится еще в несколько раз, то уже будет здорово.

Конечно, в перспективе, если Бог позволит, и все будет складываться хорошо, а я буду проводить зрелищные бои, семизначные гонорары вполне возможны. Для этого нужно заслужить любовь американских поклонников бокса. Они будут платить за билеты и просмотр моих боев в прямом эфире, так называемое pay-per-view, а организаторы и телевизионные магнаты будут отчислять процент с продаж в мои гонорары. Не стоит сбрасывать со счетов также и возможных спонсоров. Просто как факт, один из лучших боксеров современности Флойд Мейвейзер-младший заработал за два последних боя 85 миллионов долларов.

Цифры впечатляющие, но за ними стоят не менее впечатляющие судьбы людей, которые мотивируют молодежь на жизненные и спортивные достижения. Сергей, что вас мотивирует в борьбе за право называться лучшим на боксерском ринге?

Бедность меня мотивировала и мотивирует. Я стал чемпионом мира, но не решил свои проблемы. У меня в Америке до сих пор нет своей квартиры, да и в Челябинске ситуация обстоит ненамного лучше. Бокс – это бизнес, занимаясь которым я зарабатываю себе деньги на жизнь. Если бы у меня все было хорошо в финансовом плане, я бы не боксировал. Мне нужно помочь родителям, обеспечить свою семью и наших с женой Натальей будущих детей, которых в ближайшее время мы собираемся завести. Я не забываю про свое обещание – перевести часть гонорара семье Романа Симакова с боя, который я проведу в России, и посвятить этот поединок его памяти (спортсмен погиб после боя с Сергеем – прим. автора). Кроме того, я не могу подвести всех тех людей, кто в меня верит. Все это вдохновляет меня выходить на ринг снова и снова.

Вы смогли осуществить одну из своих целей – стать чемпионом мира. Чего вы еще хотите достичь на профессиональном ринге в ближайшее время?

Я не хочу ничего загадывать. Конечно, я буду стараться завоевать пояса чемпионов в других версиях: IBF, WBC, WBA, но на все воля Божья. Сейчас мне нужно удержать мой титул. Так или иначе, стать чемпионом проще. Теперь соперники встанут на мое место. Когда ты претендент, ты более голодный. По сути, тебе нечего терять. Чтобы им противостоять, я буду оставаться голодным. Очень голодным!

Сергей Ковалев

Сергей Ковалев