История о том, как теряют всё и собирают заново. Как любовь к большим машинам, авария, предательство и семейная поддержка создали национального перевозчика. История основателя национальной транспортной компании, который выжил, чтобы построить свой «Мир».
Александр, в детстве кем вы хотели стать, когда вырастете?
Так сложилось, что на вопрос «кем ты будешь?» я всегда отвечал: «директором». Не знаю, что я вкладывал в это слово тогда, был ещё совсем маленьким. Конкретики, что это связано, например, с грузовиками, не было. Возможно, это пошло от отца. Он занимал руководящую должность на железной дороге. Я приходил к нему на работу, и, видимо, это меня и направило.
Какое было ваше детство и юность? Какие события или люди оказали решающее влияние на формирование ваших жизненных ценностей?
Не скажу, что у меня было тяжёлое детство, но в то время в принципе было непросто. Родился в Казахстане, жил в многоэтажке, гонял с пацанами во дворе футбол, катался на велосипеде. Родители развелись, когда мне было шесть. С отцом я общался хорошо, но, к сожалению, его уже нет, умер тринадцать лет назад. Его не хватало сильно. Меня воспитывал отчим. С шести лет. Он дал мне стержень, но исключительно через практику, без разговоров о жизни или о том, каким должен быть мужчина. Он был просто жёстким, твёрдым. Его принцип: «Хочешь что-то — делай всё сам». Мне не хватало чего-то мягкого. И эту нехватку компенсировал дедушка. Он стал для меня вторым отцом. Человеком, рядом с которым я мог быть слабым. Прильнуть к плечу, рассказать сокровенное, о чём ни с кем другим не говорил. Попросить о помощи — и всегда получать поддержку. Мы очень много общались. Я проводил с ним почти каждое лето (они жили в другой части города). Вместе ездили на рыбалку, в сад. Он первый посадил меня за руль, я любил бывать у него на работе. И именно оттуда, от деда, пошла моя любовь к большой грузовой технике.
Как зовут вашего деда, чем он занимался?
Деда зовут Александр. Он работал водителем. Сначала на «Урале» — помню ту самую большую кабину с кузовом-«кунгом» сзади, где сидели вахтовики. Потом пересел на автобус. Я везде с ним ездил. Меня всегда восхищали те гаражи и ремзоны, где он работал. Запах мазута, огромные детали, узлы — всё это до сих пор мне нравится. Я сидел рядом, «рулил» и представлял, как управляю такими большими машинами. В общем, всё пошло именно оттуда. В феврале деду исполняется 80 лет. Я, кстати, назван в его честь: мама дала мне имя своего отца. Вот такая любовь с детства.
С родным отцом у меня тоже были очень тёплые отношения. Я его сильно любил, и он меня. Они с мамой развелись по своим причинам, и он всегда сожалел об этом, но путь был пройден. Между ними не было ненависти. Я всегда мог прийти к нему в гости, мы ходили на футбол, смотрели матчи — мне было с ним очень хорошо.
Что касается отчима… У меня к нему ни любви, ни ненависти. Я как будто нейтрален. Понимаю: он воспитывал меня в жёсткой среде, потому что так был воспитан сам. И он просто ничего другого не мог мне дать, потому что он не знал, как по-другому.
Расскажите подробнее о вашем первом опыте работы и о том, как он повлиял на ваше мировоззрение и карьеру.
Первый серьёзный опыт я получил в 15 лет, когда поступил в Челябинский монтажный колледж. Родители трудились на обычных работах, зарплаты были небольшие. Как студенту, мне давали 150 рублей в неделю, но этого не хватало, к тому же надо было ездить через весь город на тренировки, а проезд стоил 10–15 рублей. Я начал искать, где подработать. Устроился в магазин бытовой техники рядом с общежитием консультантом-демонстратором. Моя задача была показывать, как работает хлебопечка или кофемашина. Я пёк хлеб, варил кофе прямо в торговом зале. Запах свежей выпечки отлично привлекал покупателей, я начал хорошо продавать. Так заработал свои первые 15–20 тысяч. Работал неполный день, часов 20 в неделю. Эти деньги дали мне ощущение самостоятельности. Я мог гулять с будущей женой (мы познакомились в колледже), дарить подарки и даже немного помогать родителям: отдать им 5 тысяч было для меня огромной гордостью. Я чувствовал, что вношу вклад в семью. Я проработал там около трёх лет. Когда в 18 лет нас всех уволили по определённым причинам, у меня уже была подаренная дедом «копейка». Я попробовал таксовать по утрам перед учёбой, но это не приносило дохода: машина ломалась. Пришлось искать что-то более надёжное.
Ваш первый грузовик: какие были ожидания и насколько они оправдались?
Ожидания были очень простые. Я всегда любил грузовики, просто как технику, но никогда не думал, что это может стать делом. А потом в 2008‑м, кажется, встретил одноклассника. Спросил, чем занимается. Он говорит: «Грузоперевозками». Спросил, сколько зарабатывает. Он сказал: около ста тысяч. Для меня тогда это были бешеные деньги. Вот тогда мне и пришла в голову идея: «Это же идеально! Я люблю технику, люблю водить, а тут ещё и хорошо платят». Я взял кредит, выбрал первый грузовик по принципу «нравится — не нравится», как легковую машину. Сел за руль и начал свой путь. И сразу столкнулся с реальностью. Надо было платить по кредиту, а денег не хватало. Особенно в начале. Потому что я быстро понял: одно дело водить грузовик, и совсем другое — понимать, как на нём зарабатывать.
Какие трудности вам пришлось преодолеть на начальном этапе бизнеса?
Самая первая трудность была просто понять, откуда деньги берутся. Сидеть за рулём недостаточно. Надо, чтобы груз в кузове был. Стал потихоньку вникать. А потом случилась главная проблема: грузовик сломался. Основательно. Я его купил за 350 тысяч, а на ремонт мотора нужно было ещё 200. Таких денег у меня просто не было. Пришлось его к забору поставить и снова идти работать в найм. Но я пошёл работать уже не куда попало, а в транспортную компанию. И вот там всё и стало проясняться. Я начал по-настоящему понимать, как в этой сфере крутятся деньги: откуда берутся клиенты, как строятся отношения с контрагентами, как всё это вози-тся. Там же я и наработал свою первую клиентскую базу и заработал небольшую финансовую подушку. И уже с этим багажом — с опытом, связями и деньгами — я заново попробовал. Вот так всё и пошло.
Были ли моменты, когда вам хотелось всё бросить? Если да, то что помогло продолжить двигаться вперёд?
Да таких моментов вообще масса была. Прямо хотелось сдаться, уйти работать в найм и никогда больше не заниматься бизнесом. Хотя моё дело тогда и бизнесом-то сложно было назвать — так, первые шаги. Не бросить мне помог, наверное, тот внутренний стержень, что с детства заложили. Когда у тебя есть обязанности, которые ты просто должен выполнить, хоть и не хочется, хоть и не получается. Понимаешь, что отступать нельзя: получишь и всё. Это, конечно, характер закалило. Это сыграло роль, моя семья сыграла роль: молодая жена, дочь через полтора года после свадьбы родилась. Их ведь кормить надо было — это самый сильный мотиватор из всех. Ради семьи нужно было идти вперёд.
Итак, первый грузовик у вас возле забора сломанный стоит. Как пошло, как начало раскручиваться всё это дело?
С учётом того, что платить за сломанный грузовик всё равно нужно, я, поработав в найме, начал экспедировать. Покупал и продавал грузы, сводил тех, кому нужно перевезти, с теми, кто перевозит. Я был посредником и на этом начал зарабатывать какие-то первые деньги — тысяч 30–40. Мне уже кредитов на тот момент не давали, потому что я испортил свою кредитную историю. Она закончилась на том, что я должен был миллион денег банку и просто перестал платить. Денег от экспедирования, конечно, не хватало на кредит. Я ими жил. Параллельно искал, чем бы ещё заняться. Нашёл кондитерскую фабрику, стал их агентом: сначала ездил и продавал, потом снял склад, привозил товар и сам же его развозил как водитель. Все свободные деньги я пытался вкладывать в ремонт того самого грузовика у забора. Но получался замкнутый круг: нужно было сразу много, а я вкидывал понемногу, и ничего не двигалось с мёртвой точки. В итоге на этой кондитерке я тоже вышел в минус. Тогда я взял ещё одну подработку: нашёл клиента, которому нужно было ставить транспорт на ночные погрузки. Я находил машины, контролировал, чтобы все приехали. Это тоже приносило деньги, но и ответственность была полная: если подведу, работать перестанут.
И вот мой график: с утра до пяти — кондитерская, ночью — контроль погрузок. Спал по 4–5 часов в сутки, только на выходных не работал с фабрикой, но транспорт был семь дней в неделю. В таком режиме организм не выдержал. Однажды за рулём я потерял сознание и попал в серьёзную аварию. Две недели в больнице с черепно-мозговой травмой, ходить не мог. А всё, что я наработал, за эти две недели просто рассыпалось. Когда немного очнулся, у меня даже косоглазие появилось от травмы, стал созваниваться с контрагентами. Надел жёлтые очки для вождения, чтобы фокусировать зрение, и снова сел за руль — на старой «двойке» жены. На ней и стал развозить тот товар, что остался.
И вот вы косой и разорённый едете на своей «двойке»?
Да, всё именно так. Косой, разорённый, на «двойке». Сначала я даже на ней ездить не мог. Попросил товарища, который знал всех моих контрагентов, развезти оставшийся товар — тысяч на 30–40. Он всё доставил, собрал наличку и… просто не отдал мне эти деньги. А мне нужно было срочно отправить деньги на фабрику, чтобы получить новую партию. Фабрика звонит: «Давай деньги, иначе ничего не пришлём». Я отвечаю: «Нету у меня». Они: «Тогда не пришлём». Я: «Ну что поделать, не присылайте». Вот так всё и закончилось. Остался долг перед ними, что-то около 125 тысяч. Я был по уши в долгах. Грузовик у забора, здоровье подорвано, фабрика отказалась работать, ночной контракт на погрузках тоже потерял: за две недели меня там заменили. Я был полностью опустошён. При этом жена с дочкой, жена в декрете. Долги за коммуналку копились — около 50 тысяч. А платить нечем. Оставался лишь небольшой остаток товара. Я его кое-как развёз, выручил какие-то деньги, на них и жил. А по факту ничего: ни дела, ни работы.
В тот момент я снова нашёл компанию, которой нужны были экспедиторские услуги, начал с ними работать. Но быстро понял, что не вывожу. И вот тогда я окончательно ушёл в найм — в транспортную компанию. Цель была ясна: досконально разобраться, как зарабатывают деньги большие игроки, и набраться опыта. Я пришёл туда не просто так, а с дикой мотивацией: у меня семья, её кормить надо. В первый же месяц начал нарабатывать клиентскую базу, не выпуская из рук телефона. И это сработало. Через два месяца я уже зарабатывал около 200 тысяч. Но был нюанс: в этой компании была ужасная система выплат. Деньги постоянно задерживали, они уходили «в счёт другого». Психологически это было невыносимо: ты выкладываешься, а тебе не платят. Я проработал там около года, упёрся в потолок, и понял: хватит. В июле 2017 года я открыл свою компанию — Национальную транспортную компанию «Мир».
Почему такое название — «Мир»?
Ну, я, в принципе, всегда был очень амбициозным, несмотря на все трудности и проблемы. Вложил в это название смысл, что моя компания должна быть представлена во всём мире. К моменту ухода у меня уже был свой пул наработанных контрагентов. Я пришёл к своему руководителю в той транспортной компании и честно сказал: «Ухожу. Если позволишь, заберу с собой двух-трёх клиентов, которых привёл сам». У них там была другая специфика. Мне позволили. Я забрал этих «маленьких» контрагентов, переоформил на себя договоры, все были на личных контактах, договорились без проблем. И вот с ними, с этих самых «Газелей», и стартовала Национальная транспортная компания «Мир».
Есть ли какая-то особая философия управления вашей компанией?
Да, однозначно есть. В компании действуют четыре золотых правила. Их знает каждый, любого сотрудника можно спросить — назовёт. Первое — быть всегда на связи. Второе — никогда не опаздывать. Третье — говорить о проблемах открыто. И четвёртое — не перегибать палку. Если уж совсем по-простому, то главное правило, которое я всем внушаю: «Главное — не ох… вать». Не переходить границы. Всё нужно обсуждать.
Если у человека проблема — он обязан о ней сказать. Даже если это мелочь: неудобный стул, в помещении холодно, или его не устраивает зарплата, но он хочет остаться в компании и расти. Об этом надо говорить. Но не в ультимативной форме. Это ключевое. Можно поставить ультиматум: «Повысьте мне ЗП, или я ухожу». А можно задать вопрос иначе: «Что мне нужно сделать, чтобы начать зарабатывать больше?» Ко второму подходу отношение будет совершенно другое. Я очень не люблю, когда со мной общаются в стиле «либо так, либо никак». На такое я сразу говорю: «Ну что ж, тогда иди с Богом». Правило «не перегибать палку» касается всего. Это про чувство меры. Утрированный пример: «Мне не нравятся бежевые стулья, я хочу только чёрные». Вот это уже переход границ. Всё должно быть в рамках разумного, без крайностей.
Судя по всему, ваши принципы хорошо работают?
Да, правила работают. Но, наверное, главное — это отношение к людям. Я очень много сил и средств трачу на то, чтобы сотрудники чувствовали, что о них думают. Создаю комфортные условия. Вот наш офис — я специально заморочился с ремонтом, выбрал эту локацию, чтобы всем было удобно добираться. Это касается не только офиса. У нас свой большой красивый гараж, мы его сами построили, он на балансе компании. Там чисто, светло, порядок. Это не какое-то тёмное помещение. Для меня условия важны: это влияет на восприятие компании и на отношение ко мне. Я понимаю, что не все это ценят. Но большинство понимают и знают. У нас, например, бесплатные завтраки в офисе, мороженое, прохладительные напитки — «а-ля Google на минималках». Есть, конечно, базовые правила: никаких спортивных штанов или тапок на работе. Но в целом атмосфера неформальная.
Мне нравится, что люди, если что-то происходит, делятся со мной или со своими руководителями. Это работает: если что-то не устраивает, человек говорит, и мы в процессе уже понимаем, он правомерно делится проблемой или начинает перегибать палку. Как правило, таких моментов, когда границы переходят, у нас очень мало. Люди относятся ко всему разумно. И атмосфера в коллективе, действительно, очень тёплая.
Сколько у вас филиалов?
На данный момент 27 филиалов в России. В этом году планируем открыть представительство в Казахстане. Это пока первый «зарубеж», куда хотим зайти. Казахстан — это «ворота» на международную логистику: дальше по плану у нас Киргизия, Беларусь, Китай, Грузия, Турция. Вообще-то очень хочется быть во всём мире представленными, но всему своё время. Сейчас вот этот путь пройдём, шишек набьём и дальше будем развиваться уже в международном формате.
Ваш личный рецепт успеха, что самое важное для достижения цели?
Дисциплина, холодная голова и отношение к людям. Для меня важно быть именно лидером, а не просто директором в кабинете. Недавний пример: я полтора месяца был в длительной командировке. И там работал кем угодно: грузчиком, кладовщиком, руководителем обособленного подразделения, водителем. Я не боюсь работы, и мне важно, чтобы люди это видели: их руководитель — не «пиджак», который решает вопросы издалека, а человек, который понимает все процессы изнутри и не боится надеть рабочую форму. Я полноценно грузил до четырёх-пяти утра. Затем садился за руль грузовика и гонял маршруты Москва-Питер и обратно. Мы с коллегой, руководителем логистики, за сутки туда-сюда съездили. Нам нужно было дать водителю отдохнуть перед рабочим понедельником, а срочный груз не ждал. Вместо выходного мы сами сели за руль, свозили его. Вот это и есть, по-моему, лидерство. И это — один из главных ключей к успеху. По крайней мере, для меня.
Есть ли качества, которыми должен обладать каждый успешный предприниматель?
Мне кажется, универсального набора нет. У каждого свой рецепт. Кто-то строит компанию на строгости и жёстких рамках — и находит именно таких сотрудников, кому это подходит. У меня, например, подход другой. У нас нет системы штрафов: всё решается в разговорах. И вся моя команда такая же. Люди понимают: можно прийти, поделиться проблемой, спросить совет, поделиться чем-то личным. Я всегда готов выслушать. Если есть время, мы можем часами сидеть с менеджером, бухгалтером, кем угодно — пить чай, просто разговаривать. Я делюсь опытом, они делятся своим. Для меня это тоже энергия. Очень важна атмосфера в коллективе, чтобы, заходя в помещение, чувствовалось: здесь тепло, безопасно, комфортно. Это напрямую влияет на результаты. Конечно, и у нас бывают форс-мажоры, не всё идеально. Иногда общаемся на повышенных тонах, жизнь есть жизнь. Но у нас нет этой рубленой, жёсткой системы. Мы как живой организм: если где-то не получается — перестраиваемся. Не идём напролом, если это неудобно, а ищем компромисс, который будет работать для всех.
Расскажите о самой большой ошибке, которую вы совершили в бизнесе.
Наверное, одна из главных — то, что я начал бизнес в кредит. Это была ловушка, за которую я дорого заплатил, но которая дала мне самый жёсткий и полезный опыт. Сейчас я отношусь к кредитам крайне скептически. Даже лизинги стараюсь не брать, хотя это считается одним из ключевых инструментов в нашей сфере. И этот подход подтвердил свою правоту, когда грянул кризис и рынок грузоперевозок встал. Те компании, которые активно набирали технику в лизинг, просто закрылись. Даже очень крупные, с огромными автопарками, казалось бы, их ничто не может сломить. Но из-за того, что большая часть машин была в лизинге, они не вывезли. Рынок просел, цены рухнули, началась жёсткая демпинговая война — лишь бы заработать копейку на очередной платёж. А у меня из 80 машин в лизинге было только 8. Я этот период пережил абсолютно спокойно. Более того, я в это время начал активно развиваться. У меня была финансовая подушка, и я начал её использовать, что позволило компании серьёзно вырасти. Так что называть это ошибкой… Наверное, нет. Это был скорее самый дорогой и самый важный урок.
Изменились ли ваши ценности с момента основания компании?
Нет, ценности не изменились. Они остались прежними. То, что для меня важно сейчас, было важно и в самом начале. Я всегда очень внимательно относился к своим людям. Это базовое. И всегда плачу зарплату вовремя — это тоже моя принципиальная настройка, выросшая из горького опыта. Когда я сам был рядовым менеджером, мне было неприятно, и я видел, как это разрушает коллектив, когда работодатель задерживает оплату за их труд. Для меня это стало святым правилом. За восемь лет я не задержал выплату зарплаты ни на один день. Что поменялось? Поменялся я сам. С приходом больших оборотов и ответственности невозможно оставаться прежним человеком. Я прошёл, наверное, пять внутренних трансформаций. Иначе меня бы просто съели — и конкуренты, и рынок, и контролирующие органы. За эти восемь лет изменилось многое, и если бы я не изменился сам, то не выжил бы. Поэтому да, ценности те же, а человек стал другим.
Что для вас значит фраза «не бойтесь мечтать»?
Я очень люблю мечтать. И делаю это часто, даже вслух. Мне это помогает, раскручивает амбиции. Я действительно верю, что мысли материальны, поэтому много размышляю, рассуждаю, проговариваю. Мы, бывает, можем с людьми просто посидеть полтора часа, поговорить ни о чём конкретном. И идеи начинают переплетаться, и даже моё мировоззрение потихоньку меняется, когда я разговариваю о чём-то большом — смело, не боясь мечтать. Вот, допустим, у меня есть футбольная команда — мини-футбольный клуб «Мир», где играют наши сотрудники. Есть академия для детей, я всё это спонсирую, помогаю. И мы можем с директором клуба сидеть и фантазировать: «А прикинь, если бы у нас был свой стадион? Каким бы ты его видел? Что бы мы там делали?» И вот после таких разговоров у меня появляются и возможности, и средства, чтобы, например, купить землю под эту самую идею. Так что для меня эта фраза — не просто слова. Это рабочий инструмент.
Существует мнение, что удача играет ключевую роль в достижении успеха. Согласны ли вы с этим? Бывали ли случаи, когда удача действительно определяла успех дела?
Я скажу так: здесь важен баланс. Под лежачий камень вода не течёт. Если ты что-то делаешь, то и вознаграждение свыше, «везение», может прийти. Бывали моменты, когда мне действительно везло. Но этого везения не было бы, если бы я просто сидел и ждал манны небесной. Так что удача для меня — скорее приятный бонус к действию, а не ключевая роль.
Можно вспомнить два случая. Первый — когда начался ковид. Все мои грузоперевозки просто встали. У меня не было денег даже на офис. Из 10–12 сотрудников я оставил только главбуха, начальника гаража и двух водителей. Чтобы платить им минимальные зарплаты, я продавал свои машины. Мы выживали на этом. И вот один из контрагентов, с которым я раньше работал, просто позвонил и сказал: «Всё, поехали». На нас свалился такой объём, что я заново собрал команду, и мы выжили именно за счёт этого. Если бы не этот звонок — компании «Мир» сейчас бы не было. У нас просто кончились бы деньги. Но было бы это везение, если бы я до этого не вкладывался в отношения, не работал? Нет. Меня бы просто не знали.
Второй случай — недавняя командировка. Мы спокойно работали, никого не трогали. И вдруг звонит сотрудник из другой транспортной компании и говорит: «Мы закрываемся. Не хотите забрать к себе 10 наших филиалов со всей клиентской базой?» Мы, естественно, согласились. Это очень серьёзно увеличило наши обороты. Что это — везение? Да. Но было бы это везение, если бы мы до этого не открыли новый склад именно в том районе, если бы у нас не было нормального сайта, если бы нас не было видно? Этот человек увидел нашу вывеску, нашёл нас и позвонил. Значит, мы до этого что-то делали. Так что везение — это когда подготовленность встречается со случайностью. Без подготовки шанса просто не будет.
Есть ли вещи, которым вы хотели бы научиться, но пока не успели?
Есть много вещей, которым хотелось бы научиться, но пока не получается. Например, я хочу научиться хорошо играть в бильярд. Или классно танцевать. Ещё хочется поработать над ораторским мастерством, развить в себе больше креативности. Или, скажем, научиться хорошо играть в шахматы. Но я отдаю себе отчёт: чтобы всерьёз освоить даже что-то одно, нужно потратить очень много времени. А его, как всегда, в обрез.
Когда вы чувствуете усталость и разочарование, что помогает вновь обрести силу и двигаться дальше?
Всё зависит от состояния. Иногда мне просто нужно побыть одному: посидеть, подумать, помечтать. Иногда, наоборот, хочется сесть за руль и просто куда-нибудь поехать. У меня есть автодом — могу взять и уехать, думать в дороге. Или даже сесть за грузовик и съездить в рейс, такое тоже бывало. Для меня это своеобразная медитация. А иногда нужно поговорить — не с каким-то конкретным человеком, а просто со случайным собеседником, с кем зацепился разговором. Это тоже может вытащить. Так что панацеи нет, каждый раз по-разному.
Можно ли считать ваш бизнес успехом не только финансово, но и эмоционально?
Я не скажу, что у нас прямо успех-успех. Мне ещё много предстоит, и я сейчас по факту стою только на стартовой линии. Всё, что было до этого, — лишь подготовка к чему-то более серьёзному. Здесь важен баланс. Финансовая сторона, конечно, важна — это основа жизни для моей семьи и для меня. Я люблю хорошие машины, мы строим дом, о котором с женой мечтали с молодости. Мы вместе 20 лет, начинали с ватного матраса в съёмной квартире, и нам тогда больше ничего не было нужно. Но сейчас, когда появились дети и возможности, хочется дать им больше. Это я сейчас реализую. Но эмоциональная составляющая не менее важна. Для меня огромная ценность — моя команда. Важно, что они получают хорошую зарплату, что мы растём, открываем филиалы, что нас начинают узнавать. Так что да, успех должен быть и финансовым, и эмоциональным. Иначе какой в нём смысл?
Посоветовали бы вы своим детям заниматься семейным делом?
Моей дочери 14 лет, сыну — 8. Я никогда не настаивал, но недавно у нас с сыном был разговор, и его ответ меня очень удивил. Я спросил его: «Сынок, а кем ты хочешь стать, когда вырастешь?» Он ответил так, будто это был самый очевидный вопрос: «Я хочу продолжить твоё дело». Я переспросил: «Ты вообще знаешь, чем я занимаюсь?» Он говорит: «Ну да. Ты возишь грузы». Я снова: «И ты бы хотел этим заниматься?» Он просто: «Ну да. Я бы хотел продолжить твоё дело». И дальше пошёл заниматься своими игрушками, будто сказал что-то само собой разумеющееся. Любому отцу, наверное, очень приятно слышать такое. Но я ни в коем случае не буду давить. Пусть выбирают свой путь. Если они искренне полюбят это дело — буду счастлив. Если нет — значит, так и должно быть.
Как семья относится к вашему предпринимательству?
Все мои родные любят то, чем я занимаюсь, и они все, волей-неволей, встроены в эту систему. Например, мой дед до сих пор работает у меня в гараже — моет полы. У него своя специальная машина для этого. А когда я только начинал, он был моим первым начальником гаража. Тогда ему было уже много лет, но он сделал для меня всё, что мог, огромное ему за это спасибо. Он работал начальником гаража ещё в советское время и делился со мной своим опытом, следил за порядком. Когда у нас было 10–12 машин, его помощь была неоценима. Потом компания выросла, и дедушке стало сложно справляться с руководящей ролью. Но он остался в системе. Для него важно чувствовать себя нужным, быть частью дела.
Мама не только морально поддерживала, но и реально помогала мне на заре моего предпринимательства. Когда я ещё учился в монтажном колледже, решил поставить ларёк быстрого питания у себя в Коркино. Всё оформил, открыл ИП, взял в аренду 30 квадратов, купил трейлер, подключил электричество, в общем, прошёл семь кругов ада. Мама у меня повар, тогда она работала в детском доме, а по вечерам приходила и пекла мне пирожки для продажи. Работали мы так недолго — месяц, наверное, в лучшем случае. Я видел, как она устаёт после своей основной работы, а потом ещё жарит… В общем, через месяц этот ларёк полностью вынесли. Охрану я не поставил: она стоила 20 тысяч, таких денег у меня не было. Прихожу как-то — дверь настежь, внутри пусто. Восстанавливать было не на что. В итоге я просто продал тот трейлер. А мамина забота и любовь со мной всегда. Сейчас в компании «Мир» работает практически вся моя родня: муж сестры, брат жены, тесть, муж двоюродной сестры. Все они по чуть-чуть встроены в систему, поэтому и относятся к делу с пониманием и участием.
Александр, как вы думаете, предприниматели — это какой-то определённый процент людей, которые будут предпринимателями при любой системе? Есть ли особый ген предпринимательства?
Я могу говорить только за себя. Наверное, я был таким всегда. Не знаю, хорошо это или плохо, но в найме я никогда не задерживался больше года: становилось скучно, денег не хватало, не устраивали решения руководства. Я видел всё по-своему. Создаётся ощущение, что это было во мне изначально — эта предпринимательская жила. Она просто должна была рано или поздно проявиться.
Какой совет вы бы себе дали самому себе в молодости?
Не бояться. Идти вперёд. Только вперёд.
