Фрида Кало

Катастрофа

Утро 17 сентября 1925 года выдалось дождливым. Если бы не скользкий асфальт и неопытность молодого шофера, возможно, жизнь Фриды Кало сложилась бы иначе. Но Фрида и Алекс все же успели на тот роковой автобус… На повороте он врезался в трамвай: звон стекла, скрежет металла, крики раненых – все слилось в оглушительный гул. Девушка очнулась уже в больничной палате, до ее сознания сквозь пелену доносились голоса: – Доктор, будет ли она ходить? – Давайте сначала посмотрим, останется ли в живых… Металлический прут токосъемника трамвая, пронзивший Фриду насквозь, казалось не оставлял ей шансов. На истерзанном теле восемнадцатилетней девушки не осталось живого места. Но пострадало лишь тело. Дух Фриды не был сломлен. Кто угодно мог бы сойти с ума от отчаяния и боли, но только не Фрида. Она не желала смириться со случившимся. Первое, что она попросила у отца, придя в себя, были мольберт и краски. Вся боль и отчаяние, переполнявшие ее, выплеснулись на холст. Так рождался художник. «Я пишу себя, потому что много времени провожу в одиночестве и потому что являюсь той темой, которую знаю лучше всего», – позже писала Фрида в своем Дневнике. И действительно, большую часть художественного наследия Фриды составляли автопортреты. А все ее творчество – глубоко личный, интимный дневник.

Фрида Кало

Деревянная нога

Так дразнили в детстве будущую художницу. В шестилетнем возрасте она перенесла полиомиелит, и с тех пор ее правая нога была тоньше и короче левой. Но дочь Гильермо и Матильды Кало не из тех, кого можно легко запугать или обидеть. Несмотря на увечья, она наравне с мальчишками играла в футбол, плавала, и даже занималась боксом. В ее роду смешалась кровь еврейских, испанских и индейских предков. Возможно, эта гремучая смесь и породила огненный темперамент. Жизнь Фриды овеяна домыслами и легендами, многие из которых творила она сама. Даже дата ее рождения овеяна тайной. В свидетельстве о рождении Магдалены Кармен Фриды Кало-и-Кальдерон стоит дата – 6 июля 1907 года, сама же она решила, что родилась не в 1907 году, а в 1910. И дело тут не в кокетливой попытке убавить себе годы. Для нее было важно идентифицировать себя с Мексиканской революцией. Поскольку в годы революционного десятилетия она была ребёнком и жила среди хаоса и залитых кровью улиц Мехико, то решила, что родилась именно тогда.

Фрида Кало

Диего

В 1923 году знаменитый мексиканский живописец Диего Ривера по заказу министерства просвещения расписывает фресками стены Препаратории – подготовительной школы, где обучаются будущие студенты университета. В тот памятный день Диего работал в Боливаре – большом актовом зале. Дверь неожиданно распахнулась, и перед художником предстала девочка-подросток лет двенадцати (так ему тогда показалось, на самом деле ей было пятнадцать). Она попросила у художника разрешения наблюдать за его работой. Ничего примечательного не было в той встрече, но Диего запомнил странную, угловатую девочку. «Она держалась с каким-то необычайным достоинством и уверенностью, в глазах пылал странный огонь». Второй раз они встретились уже в 1928 году. Расписывая стены в министерстве просвещения сюжетами русской революции, Диего увидел внизу «девушку лет восемнадцати. У нее были тонкие черты лица, длинные волосы, а густые черные брови сходились у переносицы, напоминая крылья дрозда». Сначала он не узнал в яркой девушке ту странную девочку-подростка, для него эти пять лет пролетели, как один день. Фрида за это время прожила целую жизнь. Она перенесла тягчайшие страдания и укрепилась в твердом желании стать художницей. К Диего она пришла, чтобы он дал оценку ее картинам. Но она уже выбрала его для себя, решив стать его женой и матерью его детей. Она сама ворвалась в его жизнь. Такая отвага, такая неукротимая воля в столь хрупком теле, такой огонь в завораживающем взгляде темных глаз не оставили Диего равнодушным. В 1929 году они поженились. На свадьбу Фрида надела национальное мексиканское платье, позаимствованное ею у служанки. С тех пор юбки и платья, подолом подметавшие пол, становятся частью ее фирменного стиля. Национальные одеяния скрывали физические недостатки Фриды и очень нравились Диего.

Фрида Кало

Голубка и добрый людоед

Диего любил создавать мифы и легенды о себе, не меньше, чем Фрида. Максимилиан Волошин в шутку называл Диего добрым людоедом. Между тем, эта шутка родилась при участии самого Диего. Он эпатировал публику байками о том, что в юности в сакральных целях питался трупами из морга. На самом деле это не более чем розыгрыш, как и то, что в четырехлетнем возрасте он читал проповеди о лицемерии религии для прихожан своего прихода. Людоедом Диего прозвали еще и потому, что он буквально «поглощал» красивых и одаренных женщин. Обаяние огромного мексиканца было настолько неотразимым, что сумасшедшие романы случались сами собой. Совместная жизнь двух ярких личностей была похожа на средневековый карнавал. Эпатаж, мистификации, ураган страстей сопровождали их повсюду. Их семейная жизнь постоянно находилась в точке кипения. Они не всегда могли быть вместе, но никогда врозь. Оба они отнюдь не были святошами, любили развлекаться и кутить. По темпераменту Фрида – под стать своему громогласному супругу. Несмотря на мучившие ее постоянные боли она умела как никто веселиться, радоваться жизни, смеяться от души даже над собой. В их семье царили богемные нравы, оба они придерживались достаточно свободных взглядов на любовь. Из Дневника Фриды мы узнаем, что у нее было множество любовных связей, в том числе и с женщинами. Исполнительница роли смерти в фильме Джули Теймор о Фриде – Шавела Варгас (в фильме она поет песню La Liorona – голубка) призналась, что в юности была любовницей Фриды. Несмотря на такую, казалось бы, широту взглядов, и Диего, и Фрида были болезненно ревнивы. Однажды Фрида застала в объятиях Диего собственную сестру. Для художницы это был страшный удар. Фрида была слишком горда для того, чтобы делиться с кем-то своей болью. Вся эта боль воплотилась в одно из самых горьких и пронзительных ее полотен: обнаженное женское тело иссечено кровавыми ранами. Рядом, с ножом в руке, с равнодушным лицом тот, кто нанес эти раны. «Всего-то несколько царапин!» – назвала эту картину ироничная Фрида. «В моей жизни было две аварии: одна – когда автобус врезался в трамвай, другая – это Диего», – записала она в своем дневнике.

Троцкий

Диего и Фриду связывала не только живопись, но и общая страсть к коммунизму. Они оба были ярыми приверженцами учения Маркса, причем Фрида даже в большей степени, чем знаменитый супруг. В партию она вступила в 1928 году. В доме Кало стояли книги Ленина, Маркса, Зиновьева и Сталина, в изголовье ее кровати висели портреты Ленина, Сталина и Мао Цзэдуна. Когда в январе 1937 года в мексиканском порту Тампико на берег сошли Лев Троцкий и его супруга Наталья Седова, восхищавшиеся трибуном русской революции, супруги Ривера предоставили им приют в знаменитом «Голубом доме». Фрида была настолько обаятельна, что через 10 минут после знакомства с нею, ее увечий уже никто не замечал. Шестидесятилетний революционер тоже не смог устоять под напором ее обаяния. Они обменивались записками на глазах изумленных супругов, старались проводить вместе каждую минуту. Когда интрижка стала очевидна, Наталья Седова вынудила супруга покинуть излишне гостеприимный дом. По другой версии, Фрида сама «устала от старика» и инициировала их отъезд. После разрыва с Троцким Фрида в отместку ему сделала на груди татуировку со Сталиным.

Работа над портретом отца
Работа над портретом отца

Освобождение

После десяти лет жизни с мужем Фрида оставляет его, не выдержав бесконечных измен. Но через год всё возвращается на круги своя. «Ни с тобой, ни без тебя жить невозможно» – это про них. Диего, который был на двадцать лет старше, она воспринимала как свое дитя. Крик души прорывается в ее полотнах – «Объятия вселенской любви, Земля, я, Диего и Коатль». Самым большим желанием Фриды – целью ее жизни было иметь собственного ребенка. Но катастрофа не оставила ей шансов. Три беременности закончились трагично. В этот период Фрида все чаще стала рисовать мертвых детей, перенося на автобиографичные полотна свои страдания. Но Фриду ни в коем случае нельзя воспринимать только как «певицу скорби». Несмотря на трагичные сюжеты ее сюрреалистичные картины, в которых переплетаются реальность и сны, пронизаны солнцем и светом, а в сочных красках словно оживает душа Мексики, еще доколумбового, доиспанского периода. Художница не делала различий между собой и своей Родиной – Мексикой, собой и природой. На своих картинах она то женщина-Земля, с проросшими на ней цветами, то раненый олень с женской головой. В отличие от многих собратьев по кисти Фрида при жизни ощутила вкус признания и славы. Она была известна не меньше своего супруга не только в Мексике, но и во всем мире. Ее выставки проходили в Европе и Америке. Она покорила Париж, причем эффект произвели не столько картины, сколь она сама, с ее смехом, длинными народными платьями и рискованными шутками.

К закату жизни страдания Фриды усилились. Операции следуют одна за другой, всего за свою жизнь ей пришлось перенести 32 операции! В 1953 году ей до колена ампутируют правую ногу. В том же 1953 открылась ее последняя персональная выставка, на которую художницу доставили на санитарной машине. С посетителями она общалась, уже не вставая с кровати. Но при этом еще шутила и подтрунивала над собой: «Вот мол, какая я знаменитость, не хуже Риверы!»

13 июля 1954 года, в возрасте 47 лет, Фрида Кало скончалась от воспаления легких. Похороны состоялись в «Бельяс-Артес» – Дворце изящных искусств. Попрощаться с нею пришло огромное количество людей. Рядом с Диего Риверой стояли бывший президент Мексики Ласаро Карденас, знаменитые художники и писатели, среди них Сикейрос, Эмма Уртадо, Виктор Мануэль Вильясеньор. Ее тело кремировали и поместили в старинную индейскую вазу, изображающую беременную, чтобы она хотя бы после смерти могла почувствовать то, что не было дано ей при жизни.

«С радостью жду ухода, и надеюсь никогда больше не вернуться…» – такими были последние строки в её Дневнике. Но она вернулась, можно сказать, что она и не уходила. Ее судьба и ее картины и по сей день никого не оставляют равнодушными. Еще в конце 30-х годов ХХ века одно из ее полотен приобрел Лувр. Знаменитый автопортрет с обезьянкой и попугаем, написанный в 1929, был приобретен на аукционе «Сотбис» за 5 миллионов долларов.

Читая об испытаниях, выпавших на долю этой маленькой хрупкой женщины, обладавшей волей и силой духа настоящего бойца, можно сколько угодно восклицать, восхищаться, удивляться, но даже благодаря самым пышным и талантливым экранизациям, в которых актрисы словно со стороны любуются собой, невозможно до конца понять и прочувствовать, какой была легендарная Фрида. Пытаться чувствовать и не нужно, то, что пережила она, по силам вынести лишь единицам.