Неодолимый курьез

Мама ведет Джеймса первый раз в первый класс.

– Джеймс, дорогой, ничего не говори учительнице. Только делай то, что она скажет.

Джеймс заходит в класс позже всех. Учительница говорит ему:

– Джеймс, иди в столовую и поешь.

Джеймс идет в столовую, маленький, молчаливый. Повар в столовой его спрашивает:

– Ты дома поел?

– Да, – отвечает Джеймс.

– Тогда иди в класс, – указывает повар.

Джеймс из пустой столовой возвращается в класс.

Учительница его спрашивает:

– Джеймс, ты поел в столовой?

Джеймс аккуратно отвечает:

– Нет.

Учительница настойчиво ему внушает:

– Джеймс, иди в столовую и поешь.

Маленький Джеймс послушно следует указанию учительницы и вновь идет в столовую. Одиноко стоит посреди пустого зала.

Повар его спрашивает:

– Ты утром дома поел?

– Да! – отвечает Джеймс.

– Тогда иди в класс, – отвернулся от него повар.

Джеймс постоял в растерянности и спрятался под стол. Выходить из-под стола он не пожелал.

Вызвали в школу маму. И она увела потрясенного Джеймса домой. В школе ему не понравилось, и все тут.

… И в каждой жизни порой полное послушание оборачивается неодолимым курьезом… Сядешь под стол и сидишь, пока мама не заберет.

Жидкость

Учительница и дети разбирали в классе разные виды жидкости и само слово «жидкость».

– Дети, молочко – это жидкость? – спрашивает учительница.

– Да! Жидкость, – хором откликаются дети.

– Дети, чай в этом стакане – жидкость?

– Да, тоже жидкость.

– Джеймс, если я налью в чай молоко, что у нас получится в стакане?

– Чай с молоком, – послушно отвечает Джеймс.

Учительница опять разочарована.

Сосед по парте шепчет:

– Ты что? Дурак? Получится тоже жидкость!

И Джеймсу опять хочется домой к маме…

Трудно осваивать абстрактное слово жидкость, особенно применительно к такому родному и живому слову, как молоко.

Вот и про кровь говорят, что она – жидкость, а не верится… Специалисты верят, а так – нет.

– Вода тоже не очень-то жидкость, – сообщил Джеймс маме.

Но только Маме! 

Джеймс ждет ребенка

Есть добрая примета: второго ребенка семья заводит к тому времени, когда первый собирается в первый класс. Взрослые думают, что мама будет дома и успеет поухаживать за первоклассником подольше, может быть, целый учебный год.

Джеймс первым уловил эту невидимую мысль мамы. И погрузился в раздумья. Уставился в телевизор.

– Джеймс, иди ко мне.

– Мама, не видишь? Я размышляю.

Механические игрушки не нравятся, паровозик сломал и сам его водит своими руками.

Посадил в горшок растение, наблюдает, как оно прорастает. Ждет.

С бабушкой не играет. Если она к нему подсаживается, молча забирает игрушки и сосредоточенно уходит в другой угол комнаты. Наконец он заговорил:

– Каждый человек может завести себе ребенка…

Поглаживает свой животик и утверждает, что там у него уже сидит братик.

Мама говорит:

– Да нет у тебя никакого братика.

– Как это нет, – сердится Джеймс, – он же со мной разговаривает. 

Когда живот мамочки округлился, Джеймс присоседился к маминому животу: «Бэбичка!» – говорит он шепотом.

– Мама, как же бэбичка ест? Что ли еда твоя ему на голову падает?

Мама соображает:

– Нет. Бэбичка в другом мешочке.

– Он что, нас видит?

– Нет. Он нас слышит.

– Слышит? А где дырочка?

– Через пупочек слышит…

– А мультик про Геракла он тоже слышит?

– Да!

Джеймс подходит к маминому животу и спрашивает у бэбички, кивая на телек:

– Правда, классный там мужик Геракл?

В ладошку Джеймса ткнулся пинок из живота.

Джеймс просто взвизгнул: «Йес!» – И выбросил руки к небу.

Успокоившись после чуда первого контакта, приговаривает:

– А ты не волнуйся, тебе недолго осталось, скоро мы тебя выпустим.

Мама удивляется:

– Ты так с ним разговариваешь, как с братиком. А может быть, там сестричка?

Джеймс недовольно молчит, делает доверительное усилие к маме и ее животику:

– Нет-нет. Девочка это же так стыдно…